А Андрей...

Он смотрел на меня.

Фотограф тогда этого даже не заметил.

Зато заметила я.

Только спустя несколько лет.

Эта фотография была нашим маленьким секретом.

Напоминанием.

С чего все началось.

В дверной звонок позвонили ближе к обеду.

Я даже не спрашивала, кто там.

Максим никогда не менялся.

Он входил в квартиру так, словно жил здесь всю жизнь.

С порога протянул дочери коробку с пирожными.

— Это самому ответственному сотруднику прокуратуры.

Она гордо поблагодарила.

И убежала в комнату.

Максим проводил ее взглядом.

Потом уселся за стол.

Посмотрел на Андрея.

— Ну что, товарищ генерал.

Все еще пугаешь молодых сотрудников?

— Иногда.

Спокойно ответил Андрей.

— Для профилактики.

Максим рассмеялся.

— Знаешь...

Есть одна загадка, которую я так и не разгадал.

— Какая?

— Почему после Алисы никто не смог стать нормальным секретарем.

Я засмеялась.

— Неужели все настолько плохо?

— Хуже.

Максим театрально развел руками.

— Одни увольнялись сами.

Других переводили.

Третьи просто не выдерживали.

Я посмотрела на мужа.

Он спокойно пил кофе.

Будто разговор его совершенно не касался.

Максим продолжил:

— Видимо, место заколдованное.

Или полковник слишком сложный.

Вернее

Теперь уже генерал.

Я улыбнулась.

— Не преувеличивай.

Максим хитро посмотрел сначала на меня.

Потом на Андрея.

— В общем...

Никто так и не смог стать новым секретарем полковника.

Андрей поставил чашку на стол.

Поднял глаза.

В его взгляде появилась та самая редкая, спокойная улыбка, которую я когда-то училась замечать среди тысячи других эмоций.

Он медленно покачал головой.

— Ошибаешься.

Максим вопросительно поднял брови.

Андрей посмотрел на меня.

Так же, как в первый день.

Так же, как шесть лет назад.

Только теперь между нами больше не было ни страха.

Ни запретов.

Ни недосказанности.

— Последний секретарь полковника сейчас дома.

Он осторожно накрыл мою ладонь своей.

Так же, как когда-то впервые.

И тихо добавил:

— И она больше никуда не уйдет.

Я улыбнулась.

Наверное, именно в этот момент окончательно поняла простую вещь.

Когда-то все говорили, что в приемной полковника невозможно задержаться.

Ошиблись.

Я не стала последним секретарем полковника.

Я стала последней женщиной, которую он впустил в свое сердце.