— Вы что-то хотели спросить?

Тихо сказала я.

Они растерялись.

— Нет... Мы просто...

— Тогда я отвечу сама.

Я спокойно посмотрела на них.

— Да.

Я рядом с Андреем Сергеевичем.

Потому что считаю его самым честным человеком из всех, кого знаю.

И если кому-то это кажется подозрительным...

Это уже не моя проблема.

Они не нашли что ответить.

Я развернулась и ушла.

За спиной стояла полная тишина.

Максим догнал меня в коридоре.

— Ну ты даешь.

Я улыбнулась.

— Что?

— Еще месяц назад ты боялась лишний раз посмотреть на него.

А сейчас...

Он рассмеялся.

— Кажется, теперь все и так знают.

Я почувствовала, как щеки слегка потеплели.

— Пусть.

Максим внимательно посмотрел на меня.

— Не страшно?

Я покачала головой.

— Нет.

И действительно.

Впервые мне было совершенно не страшно.

Ни слухов.

Ни пересудов.

Ни чужих взглядов.

Слишком многое произошло.

Чтобы продолжать прятаться.

Вечером я принесла Андрею Сергеевичу очередную папку.

Он работал один.

На небольшом столе.

Под настольной лампой.

Совсем не так, как раньше.

Но лицо оставалось таким же спокойным.

— Новости есть?

Спросил он.

— Есть.

Я рассказала о новых запросах из Москвы.

О показаниях.

О документах.

Он внимательно слушал.

Иногда задавал вопросы.

Потом тихо сказал:

— Значит, лед тронулся.

Я улыбнулась.

— Благодаря вам.

Он отрицательно покачал головой.

— Благодаря всем.

Нет.

Подумала я.

Прежде всего благодаря вам.

Но вслух ничего не сказала.

Когда работа закончилась, мы одновременно поднялись.

На этаже уже никого не осталось.

В коридоре горело дежурное освещение.

Я подошла к двери.

Он неожиданно окликнул меня.

— Алиса.

Я обернулась.

Он сделал несколько шагов.

Остановился совсем рядом.

Несколько секунд просто смотрел.

Будто хотел что-то сказать.

Но слова опять не находились.

И тогда произошло совсем другое.

Он медленно протянул руку.

Не торопясь.

Очень осторожно.

Взял мою ладонь в свою.

Не случайно.

Не потому, что нужно было помочь.

Не на секунду.

Осознанно.

Его пальцы были теплыми.

Надежными.

Я невольно сжала их в ответ.

Мы стояли молча.

Наверное, целую минуту.

Не было поцелуя.

Не было признаний.

Не было громких обещаний.

Только наши руки.

И этого вдруг оказалось достаточно.

Даже больше.

Потому что впервые он сам перестал прятаться.

Пусть только рядом со мной.

Пусть без свидетелей.

Но перестал.

Он тихо улыбнулся.

Совсем по-настоящему.

— Спасибо.

Произнес он.

— За что?

— За то, что остались.

Я покачала головой.

— Я никуда и не собиралась.

Он слегка погладил большим пальцем мою ладонь.

Такой простой жест.

Но сердце почему-то забилось быстрее.

Потом он неохотно отпустил мою руку.

И именно в этот момент на его телефоне загорелся экран.

Звонил начальник собственной безопасности.

Андрей Сергеевич ответил сразу.

Несколько секунд внимательно слушал.

Потом резко выпрямился.

— Когда?

...

— Подтвердилось?

...

— Понял.

Выезжаю.

Он убрал телефон.

Я сразу поняла.

Что-то произошло.

— Что случилось?

Он посмотрел на меня.

И впервые за последние недели в его глазах появилась надежда.

Настоящая.

Живая.

— Похоже...

Тихо сказал он.

— Эта ночь многое изменит.

— Почему?

Он сделал короткую паузу.

Будто сам еще не до конца верил услышанному.

— Генерала задержали.

Слова прозвучали спокойно.

Но я знала.

Именно с этой минуты их многолетняя борьба перестала быть расследованием.

Она стала победой, до которой оставался всего один шаг.

Глава 48

Иногда самая важная победа приходит совсем тихо.

Без салютов.

Без громких речей.

Просто в один момент понимаешь.

Все закончилось.

Задержание генерала началось в четыре часа утра.

Оперативная группа работала сразу по нескольким адресам.

Одновременно проходили обыски в загородном доме, служебном кабинете и московской квартире.

Изъяли телефоны.

Компьютеры.

Носители информации.

Документы.

Деньги.

Несколько часов никто не говорил о результатах.

Все ждали.

К полудню стало ясно.

Арест прошел без осложнений.

Генерал не оказал сопротивления.