Наши взгляды встретились.

И я впервые увидела, насколько сильно он борется с собой.

Не со мной.

С собой.

— Алиса.

На этот раз он не стал исправляться.

— Послушайте меня внимательно.

Больше подобного не повторится.

Я обещаю.

Я сумел переступить черту один раз.

Второго не будет.

Мы будем работать.

Как раньше.

Если потребуется...

Я даже переведу вас в другой отдел.

Последние слова прозвучали неожиданно.

Я застыла.

— Вы хотите, чтобы я ушла?

Он сразу покачал головой.

— Нет.

Больше всего на свете не хочу.

Именно поэтому предлагаю такой вариант.

Я горько улыбнулась.

— Это очень, по-вашему.

Он вопросительно посмотрел на меня.

— Пожертвовать собственным счастьем.

Лишь бы никому не было больно.

Он ничего не ответил.

Потому что ответ был очевиден.

Я медленно кивнула.

— Хорошо.

Будем работать.

Как раньше.

Он тихо сказал:

— Спасибо.

Я подошла к двери.

Взялась за ручку.

И вдруг услышала:

— Алиса.

Я обернулась.

Он стоял посреди кабинета.

Один.

Уставший.

И очень одинокий.

— Простите меня.

Я улыбнулась.

Очень грустно.

— Вам не за что извиняться.

Это был самый честный ответ.

Потому что я действительно не жалела о поцелуе.

Ни секунды.

Дома было непривычно тихо.

Я долго сидела на кухне.

Чай давно остыл.

Телефон лежал рядом.

Я открыла галерею.

Там не было ни одной его фотографии.

И все равно я прекрасно помнила его лицо.

Его взгляд.

Его голос.

Его прикосновение.

Я вдруг улыбнулась.

Так спокойно.

Без страха.

Без сомнений.

Наконец-то перестала обманывать саму себя.

Я люблю его.

Эта мысль не испугала.

Наоборот.

Все сразу встало на свои места.

Стало понятно, почему я приезжаю на работу раньше всех.

Почему замечаю его настроение.

Почему улыбаюсь, когда он улыбается.

Почему так больно слышать собственную фамилию вместо имени.

Я люблю своего начальника.

Полковника Андрея Воронцова.

И ничего уже нельзя изменить.

Телефон тихо завибрировал.

Сообщение.

Номер был незнакомым.

Я открыла его.

На экране было всего четыре слова.

«Держитесь подальше от полковника.»

Я перечитала сообщение еще раз.

Потом еще.

И впервые за долгое время почувствовала настоящий страх.

Глава 32

Опасность редко начинается с прямых угроз.

Чаще она приходит намеками.

Утром я проснулась с тяжелой головой.

Телефон лежал на тумбочке.

Экран давно погас.

Но сообщение я помнила почти наизусть.

«Держитесь подальше от полковника.»

Я снова открыла переписку.

Незнакомый номер.

Никакой фотографии.

Никакого имени.

Всего одна фраза.

Без подписи.

Без объяснений.

Я усмехнулась.

Наверное, кто-то из сотрудников решил пошутить.

Глупо.

По-детски.

Но не страшно.

Я нажала кнопку блокировки.

И убрала телефон в сумку.

К восьми утра почти убедила себя, что все это не стоит внимания.

В управлении было непривычно оживленно.

Готовились к приезду комиссии.

Все куда-то спешили.

Воронцов уже был на месте.

Я увидела его через стеклянную дверь кабинета.

Он разговаривал с заместителем.

Лицо спокойное.

Сосредоточенное.

Будто вчерашнего разговора не существовало.

Я тоже решила вести себя так же.

Работа всегда помогала.

До десяти утра телефон молчал.

Я почти забыла о ночном сообщении.

Почти.

Когда экран неожиданно загорелся.

Новое сообщение.

С того же номера.

Я открыла его.

«Вы не знаете, во что ввязались.»

Улыбка исчезла сама собой.

Кто бы это ни был...

Он знал.

Не просто мой номер.

Он знал, что происходит.

Я быстро закрыла переписку.

Огляделась.

Никто не смотрел в мою сторону.

И все же стало не по себе.

— Миронова.

Внутренний телефон заставил меня вздрогнуть.

— Да, Андрей Сергеевич.

— Зайдите.

Я глубоко вдохнула.

Взяла блокнот.

Постаралась успокоиться.

В кабинете Воронцов стоял возле большого стола.

Перед ним лежала карта.

Он что-то отмечал карандашом.

— Садитесь.

Я открыла блокнот.

Он начал диктовать поручения.

Четко.

Размеренно.

Я записывала.

Но мысли постоянно возвращались к телефону.

— Миронова.

Я подняла голову.

— Простите...

Повторите, пожалуйста.