– Император прибыл. Выдвигаемся, – объявил он холодным тоном.

Минчжу кивнула и помахала выглядывающему из-за спины Фанга Юну. Я же махать ему не стала. Демонстративно отвернулась и скрестила руки на груди.

– Поругались? – сочувственно спросила Минчжу, закрывая окошко.

Я неопределенно покрутила руками, и девушка, поняв, что я не хочу говорить об этом, сразу же перевела разговор на другую, совершенно нейтральную тему.

Минчжу мне очень нравилась, а еще мне нравилось часами разговаривать с ней о всяких пустяках и обсуждать дворцовые сплетни. Путешествие с такой милой и интересной собеседницей должно было пройти быстро. По крайней мере, я так надеялась…

***

– Можете выходить, мы приехали, – сообщил Фанг в открытое окошко паланкина.

– Да неужели?! – воскликнула я, поднимая затекшее тело и выскакивая из паланкина, который уже надоел до чертиков.

Хорошая компания хорошей компанией, но неудобство и тряску никто не отменял. В конце первого дня пути я умоляла Юна на время поменяться со мной местами, но он даже мне думать об этом запретил – императорским женщинам не пристало сидеть верхом на лошадях.

Вот же говнюк! Сам бы попробовал сутки сидеть в неудобном паланкине!

Боги, как же у меня затекли мышцы! Хоть здесь, на месте, делай зарядку. Правда, меня неправильно поймут.

Кстати, здесь – это где?..

Передо мной стремительным потоком бежала река Хунь, над которой величественно возвышалась гора – кажется, та самая, священная гора Хэншань. Если я правильно поняла, то сзади меня как раз должен быть Сюанькун-сы…

– Ну нифига ж себе! – выдала я, развернувшись и увидев монастырь, до которого мы добирались пять дней.

– Красиво, правда? – Юн тихо подошел ко мне и, заведя руки за спину, с восхищением уставился на монастырь.

– Ага, – с открытым от восторга ртом кивнула я.

На высоком утесе, прямо в скалу был вмурован монастырский комплекс внушительных размеров. Строение это было настолько необычным, что я даже несколько раз пыталась проморгаться, чтобы убедить себя в его реальности.

– Он сохранился в будущем? – Юн спросил тихо, чтобы никто из шнырявших поблизости слуг и солдат нас не услышал.

– Да, насколько я знаю. Но я ни разу не видела его вживую.

– Теперь увидела, – подмигнул мне император и двинулся вперед, к лестнице, где нас уже встречали несколько монахов.

Пока Юньвэнь беседовал с настоятелем, идя впереди, я порядочно отстала от процессии, постоянно крутя головой и рассматривая красные стены, резные деревянные перилла и изогнутые черепичные крыши.

Глядя на монастырь снизу, я заметила, что он состоит из трех главных секций, при этом первая была самой низкой, а последняя – самой высокой, примерно метров пятьдесят над землей. Первая секция полностью держалась на кирпичах, а две последние – исключительно на деревянных балках, что создавало немного ненадежный вид. Но, если монастырь просуществовал до двадцать первого века, значит, строение было весьма надежным и крепким.

Перед входом в первую секцию нас встретили ворота с двумя дозорными башнями.

– Следуйте, пожалуйста, строго за нами! – объявил один из шедших рядом с Юньвэнем монахов. – Здесь очень много проходов и коридоров, соединенных друг с другом. Даже местные иногда блуждают в них по нескольку часов, ища выход.

Я послушно отпрянула от стены и встала рядом с Минчжу. Почувствовав на себе чье-то внимание, я повернула голову и поймала взгляд Юньвэня. Настоятель что-то увлеченно рассказывал ему, а этот негодник смотрел на меня и еле заметно улыбался. Мои щеки вспыхнули, и я быстро отвела взгляд от императора, делая вид, что заинтересована одной из многочисленных статуй Будд.

– Представляешь, этому месту почти тысяча лет! – чересчур громко шепнула мне Минчжу.

– А в мое время ему почти полторы тысячи! – шокировала я девушку еще больше.

Глаза Минчжу округлились до невероятных размеров, а я весело рассмеялась. Какая же она все-таки милая!

Мы еще некоторое время побродили по монастырю, слушая рассказы о его основании, содержании и чудесах. Все это, конечно, было увлекательно, но вот об элитных воинов-монахов я ни разу не слышала. Надеюсь, Юньвэнь потом расспросит об этом настоятеля.

После экскурсии нас накормили ужином без всяких излишеств и предоставили кельи. Мы с Минчжу устали настолько, что сил хватило лишь на то, чтобы добрести до футона и упасть на него.

 Будучи уверенной в том, что утром меня поднимут ни свет, ни заря для молитвы, я спала крайне беспокойно, ожидая, что в любой момент меня разбудят. Однако подобного не произошло, и проснулась я сама.

Футон Минчжу был аккуратно свернут и уложен в углу комнаты, а самой девушки не наблюдалось.

– Ушли на молитву без меня? – удивилась я, почесывая затылок.