– Чжу Ди не смог бы уйти от преследования незамеченным. Он был ранен, у него осталось мало солдат. Будь он всего с несколькими охранниками или с остатком своего войска, не заметить его было бы сложно.

– На что ты намекаешь? – нахмурился Юн, позволив себе наконец-то взглянуть на Ичиро.

– Кто-то ему помог. Возможно, кто-то из дворца. Тот, кто слишком много знает.

В кабинете императора воцарилось молчание. Ичиро выжидающе смотрел на Юна, Юн удивленно глядел на Фанга, а Фанг смотрел на…меня.

– Я тут ни при чем! – воскликнула я, словно преступник, пытающийся оправдаться перед казнью.

– Тебя никто не обвиняет, – сухо сказал Фанг. – Пока.

Сколько лет уже знаю этого человека, но так и не научилась понимать, когда он серьезен, а когда нет. Лишь спустя некоторое время уголок губ Фанга едва заметно поднялся вверх, давая мне понять, что он все же шутил.

Идиота кусок.

– Если разобраться, то во дворце много предателей, шпионов и прочей гадости, – вздохнул Юньвэнь. – Я уже устал бороться с ними. Уничтожишь одного – появится два. Замкнутый круг какой-то…

– Надо созвать совет, – уверенно заявил Фанг. – Только из тех, кому Вы доверяете, Ваше Величество. Составим список подозреваемых и немедленно примемся за расследование.

Юньвэнь кивнул. Я внимательно посмотрела на него и тихо вздохнула. С таким усталым видом и нарушенной психикой ему только на советах заседать…

– Тогда решено, – объявил Фанг.

Взявшись за рукав халата Юна, я осторожно потянула его на себя, привлекая внимание императора.

– Можно тебя ненадолго отвлечь? – спросила я, когда Юн повернулся ко мне.

– Да, конечно, – кивнул он.

Я потянула его в сторону и, остановившись в другом конце комнаты, прошептала:

– Ты устал и уже не контролируешь себя. Отдохни. Государственные дела подождут.

– Но…

– Юн, я волнуюсь за тебя, – искренне сказала я. – Ты сорвался на Ичиро…

Вместо того чтобы возразить мне, император потупился и вздохнул. Как бы он ни старался делать вид, что не устал, я все видела. Юн снова перестал высыпаться, его терзали головные боли, а усталость все быстрее одерживала над ним верх. Удивительно, как еще он выдержал сражение. Наверно, виной всему был адреналин. Иначе бы его тело просто не справилось бы с таким напряжением.

– Ладно, твоя взяла. Мне надо отдохнуть, – внезапно согласился со мной Юн.

Я удивленно воззрилась на императора, до конца не веря, что он послушался моего совета.

Повернувшись к ожидающим нас людям, Юньвэнь объявил:

– Совет подождет. Моя жена считает, что мне надо отдохнуть.

От того, как он выделил голосом слова «моя жена» у меня вдруг пробежали мурашки по спине. Слишком трепетно и нежно это прозвучало.

– Но Юн… – Фанг выглядел крайне недовольным.

– Мне действительно надо отвлечься, – почти умоляюще сказал Юньвэнь, глядя на своего телохранителя. – Стены дворца давят на меня. Хочу походить по столице с Мей.

Лицо Фанга некоторое время оставалось недовольным, но потом он все же уступил и, фыркнув, сказал:

– Только при условии, что я буду сопровождать вас. Хотя бы издалека.

***

Крупные снежные хлопья медленно падали с неба, укрывая землю толстым слоем белого одеяла. Уже наступили сумерки, и на улицах постепенно зажигались огни. Люди спешили по домам, горя желанием скорее попасть в тепло и поужинать.

Я бы тоже предпочла остаться дома и попивать горячий чай, но Юньвэнь утянул меня за собой на прогулку. С самого начала я не испытала счастья от этого, а сейчас, когда пошел снег, так вообще еле сдерживала себя от того, чтобы не сорваться с места и не побежать обратно во дворец. Снег я терпела лишь в Новый год.

– У тебя лицо перекошено, – словно невзначай заметил Юн. – Что-то болит?

– Что? Нет! – спохватилась я, стараясь придать своему лицу обычное выражение.

– Если не хотела идти со мной, так бы и сказала…

– Как я могу отказать императору при посторонних? – фыркнула я.

– С каких пор Фанг и Ичиро для тебя посторонние? – удивился Юн. – С последним ты вообще почти каждый вечер играешь то в го, то в ту странную игру, что ты придумала. С ним и с доброй половиной драконов.

– Я не придумала карты, а просто нарисовала их по памяти! Если бы я их придумала, то, наверно, была бы очень популярна во всем мире, – раздраженно заметила я.

Все их игры казались мне скучными. Даже в го в трезвом состоянии не поиграть – слишком она сложная и долгая. Но не говорить же Юну, что я изменила правила их национальной игры, превратив ее в советскую игру «Чапаев», где щелчками нужно сбивать с доски шашки противника. К слову сказать, ребятам из Летающих драконов так даже больше понравилось.

– И играю я с ними потому, что им нравится игра. Да и мне вечерами почти всегда нечего делать, – закончила я, почесав нос.