– Прошу простите моего сына за эту нижайшую грубость, Ваше Величество, – мужчина низко склонил голову перед королем. – Подобное поведение не пристало наследнику клана Света. Я всенепременно преподам ему урок. Позже, – от тона Аполлона мне стало не по себе. Потому что я знаю, что следует за ним. И ни капельки не завидую Михаэлю.

В прошлой жизни мне доводилось видеть, откуда растут корни жесткости в наследнике клана Света. То, как изуверски его отец обходится с прислугой и собственными членами семьи – не передать словами.

– Ничего страшного, Аполлон, я не держу на него зла, – непринужденно ответил король, желая уменьшить градус накала. – Давайте не будем тратить время на мелочи и сядем за стол. Нам многое необходимо обсудить. И, похоже, судьбу клана Тьмы в том числе.

Вслед за Его Величество все стали заходить в зал для собраний. Место каждого зависело от положения в негласной иерархии: чем клан почетнее в обществе, тем он ближе к королю. Мы с отцом оказались внутри последними. Он сел за кресло, я же осталась стоять возле него, как и все прочие наследники. Как только все расселись, двери захлопнулись.

Этот знак ознаменовал начало собрания.

Как оказалось, эти собрания – та еще скукотища.

Сначала каждый клан отчитывается о делах в их землях. И все, разумеется, очень предсказуемо. Хорошо у всех кроме Даркморов. Отцу похвастаться было нечем. Смотря на его безучастное лицо, я думала: неужели, каждый раз выслушивая о достижениях других семейств, ему не хотелось равняться на них? Ему что, нравится вечно находиться на самом дне? Совершенно этого не понимаю.

Далее последовало обсуждение общих проблем. Ричард Ванд поднимал вопрос о конфликте в Астарии, но король быстро закрыл эту тему. Он считает излишне опасным лезть в личные дела другой страны. Эйден был весьма недоволен позицией Его Величества, что вполне оправдано. Совсем недавно астарийские маги покушались на его младшую сестру. Впрочем, никто из Вандов об этом не обмолвился.

Следующая тема одновременно заинтересовывала и пугала. Распространение некой смертельной болезни. В первые дни ее симптомы смахивают на обыкновенную простуду, но после становятся невыносимы. Больной испытывает настоящую агонию: черные язвы постепенно покрывают тело, глаза наливаются кровью, а в конце и вовсе наступает полный паралич.

Арания. Такое название ей дали врачи. Как выяснилось, случаи заражения ею уже зафиксированы на территориях всех кланов. Целители Света делают все возможное, но даже их магия остается бессильной перед подобной напастью. Своими силами они способны лишь замедлить течение болезни, но не излечить человека от нее.

Как только лидеры кланов заговорили об арании, я вспомнила Тео. Ох, как я надеюсь, что он не подхватил именно ее. Тревога, словно беспокойный червь, проедала мое сердце, причиняя боль. Чем больше я думала о заболевшем брате, тем сильнее кололо в груди.

Погрузившись в свои волнения, я перестала вслушиваться в слова окружающих. Лишь когда отец отдернул меня за рукав платья, я вновь вернулась в реальность.

– Его Величество спрашивает тебя, осознаешь ли ты всю ответственность быть наследницей клана Тьмы, – тихо объяснил Леонард. Похоже, их обсуждения наконец-то добрались и до меня.

Я легко встряхнула головой, прогоняя мрачные мысли и обратила взор к королю.

– Да, – в этот короткий ответ я вложила всю свою уверенность. – Как никто другой, я понимаю, в каком положении мне достаются земли клана Тьмы. И я обещаю, что направлю все имеющиеся силы на улучшение нашей ситуации.

Альфред де Рос вглядывался в меня, будто рассчитывал найти брешь в моей броне. Но я твердо стояла на ногах, гордо выпрямив спину. За последние дни я ловко научилась скрывать свои внутренние страхи от других людей. А они у меня были. Но я решила, что если смогу убедить всех в безграничности своих возможностей, то действительно смогу исполнить все, о чем так уверенно заявляю. «Благой самообман» – так я это обозначила про себя.

– Хорошо, я не против, если главенство перейдет к тебе, – удовлетворенно ответил король. – В роду Даркморов было много достойных лидеров-женщин, в тебе же, Алисия, течет их кровь, – уголки губ мужчины слегка приподнялись. – Кто знает возможно ты сумеешь в корне изменить ваше плачевное положение.

Приятно, что сам король видит мой потенциал. От его слов по телу разлилось согревающее чувство собственной значимости.

Я оглядела людей в зале. Кто-то из них поддерживающе улыбался, кто-то был равнодушен, а кто-то и вовсе уничижительно посматривал на меня. Среди последних был и Михаэль. Не находись рядом с ним отец, он бы точно не минул бросить в мой адрес парочку оскорблений.