В этом году зима выдалась особенно морозной. Я почти не выходила из своих теплых покоев, боясь отморозить себе нос. Юна же холода ничуть не смущали. Он как бегал ко мне в свободное время, так и продолжал бегать. Просто теперь я не посещала его покои, потому что было слишком холодно и ветрено. Когда же Юна рядом не было, я убивала время тем, что пыталась сшить ему современный наряд.

Надо ли говорить, сколько ткани я извела? Думаю, что нет.

Я пыталась сшить брючный костюм, рубашку, водолазку, но ничего, кроме примитивных футболки и шорт у меня не получилось. Чтобы хоть как-то разнообразить светлую льняную футболку, я вышила на ней логотип маминой любимой группы – Led Zeppelin. Темные шорты я оставила такими, как есть.

Сшитую мной одежду я обернула в красивую бумагу, положила в резной деревянный ящичек и преподнесла Юну на его двадцать четвертый день рождения.

Последний день рождения…

Стоило мне осознать это, как волнение снова вернулось ко мне. На протяжении всего дня я была молчаливой и тихой, размышляя о том, как можно миновать беды. Когда все церемонии в честь дня рождения императора завершились, я нашла евнуха Пана и спросила, могут ли его друзья забрать Юна из этого времени и отправить в более безопасное. А еще лучше, чтобы они нас обоих отправили в мое время. Пан посмотрел на меня как на дуру. Поняв, что сморозила глупость, я больше к нему с подобными вопросами не приставала.

Видимо, оставался один вариант: забрать сферу у Чжу Ди и вернуться в свое время вместе с Юном. И плевать, захочет ли он сбежать со мной или нет. По голове его тресну и заберу собой. Одна лишь у нас проблема: как достать сферу? Именно этим и были заняты мои мысли до того, как однажды вечером на прогулке по весеннему императорскому саду Юньвэнь внезапно задал мне странный вопрос:

– А как проводят свадьбы в твоем времени?

– Ну-у-у, – протянула я, еще не чувствуя подвоха в этом странном вопросе. – По-разному. У каждой страны свои традиции, но есть и общий канон – европейский, наверно, не знаю. Стандартный. Вот по нему и проводят.

– Как проводят? Расскажи.

Вот тут у меня уже зародилось подозрение, но я не обратила на это внимания и принялась рассказывать Юну про свадьбу своей мечты. Он внимательно слушал, местами улыбаясь и глядя на меня хитрым взглядом, а я все рассказывала и рассказывала. Не то чтобы мне очень уж хотелось замуж, но свадьба – это важное событие в жизни женщины, поэтому я любила иногда подумать о том, как бы я ее провела.

Когда я закончила, мы уже несколько раз обошли пруд с карпами и дважды их покормили. Большая хмурая туча, стремительно надвигающаяся с северо-запада, закрыла яркое весеннее солнце. Посмотрев вверх, Юньвэнь потянул меня в стоящий рядом павильон – и очень вовремя: как только мы опустились на шелковые подушки, закапал дождь.

– Надеюсь, через неделю будет хорошая погода, – задумчиво сказал Юн, выглядывая из-под козырька павильона.

– А что будет через неделю? – поинтересовалась я, повторяя его действие.

– Наша свадьба.

– Что?! – удивилась я, резко повернувшись к нему.

– Что? – передразнил меня этот гад.

– Чего ты вопросом на вопрос отвечаешь, как еврей? – вспылила я.

– Кто такой еврей? – последовал незамедлительный вопрос.

– Не важно, – отмахнулась я. – Лучше поясни мне, какую нафиг свадьбу ты еще выдумал?!

Юн, казалось, совсем не воспринимал всерьез мой повышенный тон и явное раздражение в голосе. Он спокойно сидел, хлопал длинными ресницами и смотрел на меня влюбленным взглядом – самый настоящий ангелочек, только крыльев не хватает.

– Нашу свадьбу. Только теперь по твоим традициям.

Челюсть у меня так и отвисла.

– Зачем? – искренне не поняла я.

– Мы поженились по традициям моего народа. Да и было это не торжественно, безрадостно. – Юн немного потупился, вспоминая обстоятельства нашей женитьбы. – Я хочу, чтобы теперь было все так, как надо. Хочу почувствовать, какого это – брать в жены того, кого любишь до потери сознания.

Все мое раздражение вмиг улетучилось. Я смотрела на этого человека и еле сдерживала слезы умиления. Нет, ни за что не позволю ему умереть. Даже если против меня выступят все мыслимые и немыслимые силы, я до последнего буду пытаться спасти его от страшной судьбы.

– Прекрасная идея, – тихо сказала я и улыбнулась.

Юньвэнь лучезарно заулыбался ме в ответ. Глаза его загорелись энтузиазмом. Какой же он все-таки ребенок…

И пусть эта свадебная церемония считалась блажью, пиром во время чумы и прочей безрассудной деятельностью, я была счастлива.