Не хочу его видеть. Рано. Слишком рано, чтобы находиться с ним на одной территории.

Но это должно закончиться.

— Ты хотел поговорить? — какой-то чужой голос вырывается из груди. — Давай. Как раз есть немного времени.

С трудом встречаюсь с аквамариновыми омутами. То ли вибрация телефона, то ли ощущение скорого спасения придают решимости.

А он словно и не видит. Кивает, отчего холодные капли с коротких волос слетают вниз. Только сейчас замечаю, как сильно он промок. Видимо, бежал следом.

В одной футболке. Под осенним дождем.

Жалость предательски сжимает горло. Запускает свои щупальца в мозг. Опоясывает голову.

Заболеет же, дурак.

Моргаю, стряхивая пелену.

— Даже не знаю, с чего начать, — говорит хрипло, словно сквозь силу.

Передергивает плечами, тянется к меню. Подрагивающие пальцы выдают его с головой. Едва не распахиваю рот от удивления.

Он волнуется?

— Кать, у нас не ладилось, — вдруг выдает и поднимает умоляющий взгляд. — В последнее время. Я старался, правда. Все делал для того, чтобы вырастить из нас семью. Пока не понял, что слишком много одеяла не перетащил на себя.

Возмущенно приподнимаю брови. Шок действует отрезвляюще. Ушедшая злость вновь потягивается в груди, довольно урча.

— То есть это я виновата, что ты изменял? — даже не пытаюсь скрыть ярость. — Женя, дорогой, прости меня, что я была так бесполезна и бесхребетна! — смеюсь, давясь ядом. — На этом все?

Закатывает глаза. Морщится. По выражению лица видно, как подбирает слова. А я жду, внимательно ловлю каждое движение.

— Не передергивай, — хмурится, трет веки. — Послушай, я потерял границы, ясно? Деньги, власть. Все то, что получил, вскружило мне голову. Дома всегда ты — понятная, простая, своя. А мне захотелось чего-то...

Слова даются тяжело. Сжимаюсь. Я не в состоянии слушать продолжение.

— Прости. Не знаю, как говорить об этом, чтобы не ранить.

— Тогда не будем, — хриплю и тут же прочищаю горло. — Я все поняла.

Ладонями растирает лицо. Яростно. Вижу нездоровый блеск в его взгляде. Сжимает виски и трясет головой, затем двигается ближе к столу с тяжелым вздохом.

Вдыхаю воздух осторожно. Словно фильтрую каждый атом запаха, что попадет в меня. Кажется, что все вокруг провоняло кислым предательством.

— Давай так, — хватает руками край стола. — Я — мудак. Поступил плохо. Как не должен поступать с близким человеком. Предал тебя и все хорошее, что у нас было.

Он сглатывает слюну, а я внимательно наблюдаю за ним.

— Но я так уже поступил, да, — закрывает глаза. — Что мне делать, Кать?

Пытаюсь не задохнуться от нахлынувших эмоций. Его ресницы дрожат. Чувствую искренность, но не верю ни единому слову.

Это убивает, черт возьми!

Одна часть говорит, что все ошибаются. Деньги портят людей. Такой груз в его возрасте… Никто не нагулялся. И он не исключение.

Его слова о том, какой я была вполне правдивы. Женя все тянул на себе: дом, общий бюджет, расходы. Я доверяла ему всецело. Даже не задумывалась, каково содержать семью, когда тебе двадцать с небольшим лет.

Другая часть напоминает, что предательство — это не ошибка. Сознательный выбор. Пренебрежение тем, кто тебе дорог.

В груди боль. Подношу руку и тру под кулоном. Стараюсь унять неприятное чувство, сцепляю зубы.

Еще мгновение — и сердце разорвется надвое.

Один плохой поступок не делает человека ужасным.

Только пониманием дыру в сердце не залатаешь.

— Что ты хочешь от меня услышать?

С трудом беру себя в руки и поднимаю взгляд. Его отчаяние проникает под кожу. Двигается, словно стая мелких муравьев. И самое ужасное, что на их движение внутри я ощущаю отклик. Что-то рвется им навстречу.

Ему.

— Я просто хочу, чтобы ты поняла, — морщится.

Не те слова. Вижу по его лицу. Не знает, куда деть руки, зачем шел. Понятия не имеет, как построить разговор.

Сжимаю в руке телефон. Спасительное уведомление сглаживает острые углы, торчащие из моего сердца.

«Выехал. Без пробок — минут через 30 буду у тебя».

Вздыхаю и откладываю телефон в сторону. Представляю Сергея, набирающего сообщение. Взволнованного скорой встречей, предвкушающего ее. Но ничего не выходит.

Пока не увижу — все останется скупым набором букв. А они не в состоянии противостоять урагану эмоций под названием «Женя Лазарев», который сметает все на своем пути.