— Сейчас ты будешь использовать все что угодно. Любые методы, способы. Лишь бы все прошло безболезненно и быстро, — выдает он, а я смотрю в почерневшие глаза. —Включая меня.

Вижу, как его кадык дергается.

Железный кулак сминает сердце, выжимает всю кровь. Крепче хватаюсь за руку Сергея, передаю все, что чувствую.

— Ты не проходной вариант, — голос дрожит. — Когда я тебя встретила, то сразу почувствовала взаимность...

— Когда встретила? — грустная улыбка растягивает губы, и я умолкаю. — Вот именно, Кать. Еще и в голове крутила «мой спаситель». Или скажешь, что нет?

Пытаюсь возразить, однако нужные слова застревают в горле. Выдавливаю только жалкое:

— Но! Стоп! Сам полчаса назад сказал, что у нас отношения.

Он кивает.

— У нас отношения. Если ты действительно этого хочешь.

— Хочу! — едва не подпрыгиваю. — И пусть у меня сложный период. Оно ничего не значит. Я к тебе чувствую что-то... Настоящее.

Кивает. Улыбается, успокаивающе гладит по руке.

— Тогда прости, Олененок, — щурится.

По шее пробегает озноб от его взгляда.

— Теперь в твои переживания мне придется влезть, — не спрашивает, скорее, утверждает.

Внутри нарастает пружина. Крепче сжимаю пальцами шершавую ладонь.

— Потому что не собираюсь стоять и ждать, пока вы с Женей разберетесь.

— Он предлагал сходить к психологу, — бормочу, на что Сергей кивает.

— Вот и прекрасно, — безапелляционно говорит, залпом осушая всю кружку. — Я найду хорошего специалиста.

— Расскажешь, как у тебя дела? — умоляюще смотрю на подругу, переминая в пальцах соломинку.

Пластик уже не хрустит. За прошедшие десять минут я превратила его в тряпочку.

Лена неопределенно кивает.

Не понимаю, почему она согласилась на встречу.

Две недели попыток вывести подругу на разговор увенчались успехом. До этого только обрывочные диалоги по телефону да уклончивые фразы про занятость.

— Нормально, — бросает чересчур равнодушно, — все по-прежнему.

Что-то в Лене меняется. Неизбежно. Заметно по повороту ее головы. По тому, как опустились плечи. В ней словно застыло какое-то напряжение, которым она не хочет делиться. Яркая звездочка теперь испускает тусклый свет, нечто незримое глушит ее сияние.

— А Олег? — смотрю в упор.

Лена отворачивается. Не дает возможности разглядеть выражение лица. Прячет правду, которой раньше делилась с удовольствием.

Чувство вины тычет иглой прямо под ребра.

Добилась, Катя, чего хотела. Теперь о делах подруги придется узнавать допросом.

— Расскажи о своих приключениях, — поворачивается, подмигивает и улыбается, словно ничего не произошло. — Почему сюда тебя привез Женя? Куда испарился Сергей?

— Работает, — на автомате отвечаю и улыбаюсь, ощущая тепло. — Мы с ним вместе.

Прошло две недели с тех пор, как я согласилась на предложение Жени. Сергей не отступил — выбрал специалиста. А мой бывший парень, как ни удивительно, даже не возражает. Кажется, что им это нужно больше, чем мне. Четыре сеанса позади, но для меня все остается прежним. Ничего не меняется.

Единственное, что в присутствии Жени меня больше не выворачивает от злости.

— Тогда ничего не понимаю, — крутит головой Лена, цепляет кончиком идеально гладкого хвоста локоть. — А Женя?

Пожимаю плечами. Как здесь объяснить с ходу? Теряюсь.

Но Лена — моя единственная подруга. Если хочу, чтобы наши отношения стали прежними, лучше не кривить душой.

— Мы вместе посещаем психотерапевта. Вот и подвез, — пробую слова на вкус и цепляю губами измученную соломинку.

Лена скептически приподнимает бровь. Не верит. Еще бы. Я бы тоже немного сомневаюсь, что все это всерьез. Каменоломня, которую мы успешно соорудили между собой, не разбирается по щелчку пальцев.

— Он очень просил, — скребу ногтем по стакану, подыскиваю правильные слова. — И Сергей тоже.

Лена удивленно пучит глаза. Забывает о выстроенных, между нами, границах. Растерянность читается так очевидно, что я просто киваю всем ее мыслям.

— Он или святой, — бормочет, пока я отворачиваюсь в сторону, — или псих.

Задевает то, как она рассуждает о Сергее. Понимаю, откуда подобные мысли. Мне и самой многое кажется непонятным даже сейчас. Но, чем больше времени мы проводим вместе, тем яснее становится позиция моего парня.