— Попробую удержаться, — весело подмигивает. — Не забудь про сообщение.

Захлопывает дверь, и такси трогается с места. Не замечаю, как засыпаю, а когда вновь открываю глаза — стоим на парковке у гостиницы.

Водитель провожает меня до номера, отчего в груди растет подозрение. Мой спаситель явно доплатил ему за такой подвиг. Оно усиливается в момент, когда таксист отказывается от предложенных денег.

Отель с удаленным заселением, что мне очень нравится. Удобно. Никакого лишнего времени на общение с администратором. Дальше действую на автопилоте: душ, кровать. Тянусь за сумкой, нахожу зарядку и замечаю знакомую бумажку.

Собираю волю в кулак, разматываю провод, затем подключаю телефон. Экран загорается, логотип появляется в центре.

Фото с выпускного. На нем я в черном коктейльном платье. За талию меня обнимает Женя. Мы смотрим друг на друга и смеемся. Плохо помню тот вечер, но отлично помню его самого. Веселого, родного, такого забавного.

Внутри стонет разбитое на осколки сердце. Острые края режут легкие и не дают дышать.

Чувствую, как очередная волна истерики накрывает с головой. Глаза печет, смаргиваю первую слезинку. Она падает на экран. Лицо Жени расплывается, уродуя любимые черты. Тру стекло пальцем, стирая влагу, чтобы вернуть его прежнего.

Поутихшая боль накатывает с новой силой.

Уткнувшись лицом в подушку, прижимаю смартфон к себе и тихо вою.

Три месяца спустя

— Привет!

Машу рукой Ленке, которая, закинув ногу на ногу, разглядывает меню. Судя по пустому столику и сосредоточенному выражению лица, она еще ничего не заказала. Выдыхаю с облегчением. Не опоздала.

Ненавижу опаздывать. Но мои ученики требуют особого подхода и не всегда удается вовремя с ними попрощаться. Тот же Артур.

Очередной приступ, пока его мамы не было дома, случился с мальчиком прямо в конце занятий. Не могла же я оставить его одного? Благо все обошлось.

Я бегу к столику и на ходу складываю зонтик. По тому, как брезгливо морщится Ленка, понимаю — ей не нравится это место.

Дешевая блинная по сравнению с теми ресторанами, где мы обедали раньше, рядом не стояла. Увы. Если я коплю на первый взнос, такое кафе — лучший вариант.

— Не беги, — она бурчит и двумя пальцами брезгливо откладывает меню. — В твой график еле вписалась, так что подождала бы.

Улыбается вполне искренне, отчего на душе становится легче. Да, Ленка привыкла к другому. Но меня радует, что я осталась для нее прежней.

Потому что после разрыва с Женей у меня больше никого не осталось.

Дергаю резинку на запястье, и обжигающая боль приводит в чувство. Она оживляет. Делаю так каждый раз, когда думаю о нем.

— Здесь готовят что-нибудь вкусное? — спрашивает Ленка, барабаня пальцами по краешку стола. — Я очень хочу есть, но без тебя не рискнула брать…

Замечаю ее укороченный плащ, висящий на спинке стула. Он сияет блестящим покрытием в приглушенном свете кафе. Капли дождя на ткани еще не просохли, однако безупречной Лениной прически они не коснулись.

— Да, — киваю с энтузиазмом, — смотри.

Распахиваю меню и тычу пальцем в любимые блинчики. С ветчиной и сыром. Все просто, быстро и вкусно. От картинки желудок бурчит, а Лена не подвергает сомнению мой выбор и согласно кивает.

Знаю, она на диете. Но без всяких кривляний берется за блин, когда официант приносит наш заказ. Даже удивленно приподнимает брови.

— Вкусно, — говорит, затем вытирает губы салфеткой. — Слушай, в твоей жизни все не так уж плохо.

Скромно улыбаюсь. Не рассказывать же ей, что я обедаю здесь пару раз в месяц. Похоже, Лена что-то замечает на моем лице. В следующую секунду в ее руках ничего нет. Она смотрит прямо на меня.

— Кать, понимаю, твое финансовое положение сейчас незавидное. Но не пора ли забрать свои вещи из квартиры этого упыря?

Желудок протестующе поднимается наверх вместе со всем содержимым. Любые разговоры о Жене приводят к такой реакции. Делаю вид, что мне все равно, и отворачиваюсь от ее проницательного взгляда.

— Некогда, — пожимаю плечами. — Нужно договариваться, потом потратить день на сборы.

— У тебя там нормальный брендовый шмот, — протестующе заявляет Ленка, а я жмурюсь, пытаясь спрятаться от скользкой темы. — Нет, ты не подумай. Мне нравится твоя независимость. Но! Ипотека сама собой не появится. Не хочешь носить — продашь и все.

Она смотрит пристально, сканируя каждую эмоцию на моем лице. Тушуюсь, мне очень неуютно.