Краем сознания я заметила, как двое студентов метались по аптеке, прикрывая головы от летящих осколков. С Фреи спало заклятье, и она тут же ринулась ко мне, но была безжалостно отброшена магическим потоком. Кордан, после секундного колебания, схватил ее за руку и потащил к выходу, что-то крича на ухо сопротивляющейся девушке. Их силуэты растворились в вихре магической энергии, словно песчинки, унесенные порывом ветра. Тревожно звякнул колокольчик, выпуская их на улицу, подальше от творившегося здесь буйства.

– Хватит! Придите уже в себя! – крикнула я, в отчаянии стукнув кулаком по груди Хезарда.

Вряд ли он вообще обратил внимание на слабенький удар. Скорее, заметил, что мой магический поток, сплетавшийся с его в причудливом узоре, вдруг дернулся в сторону. Наш общий вихрь, круживший до этого по аптеке в едином ритме, разрушился. Темная, могущественная энергия Хезарда вновь осталась в одиночестве. Он прикрыл глаза, а когда распахнул их, синий огонь пропал без следа, уступив место обычному карему цвету.

Все закончилось. Магия успокоилась, оставив после себя лишь следы разрушений и внутреннюю опустошенность. Я медленно огляделась и едва не расплакалась. Вокруг полный хаос: сломанные полки, разбитые флаконы, распотрошенные мешочки с лекарствами… Хозяин с меня три шкуры спустит, когда увидит, во что превратилась лавка!

– Что вы наде…

Но не успела я договорить, как мои губы накрыл поцелуй – такой же жадный и яростный, как бушевавшая здесь секунду назад магия.

Хезард

– Хватит преследовать меня! Вы сумасшедший! – отчаянно выкрикнула Миллиандра, не сбавляя шага.

Я досадливо поморщился, но продолжил идти по мощеной улице вслед за девушкой. Сейчас, когда ко мне вернулось ясное мышление, я отчасти понимал ее негодование. Какой-то посторонний мужик ввалился в лавку, объявил себя супругом, разнес все вокруг и набросился с поцелуями. Так себе знакомство.

– Вы это уже говорили, – сказал я и потер лицо, которое до сих пор саднило от смачной пощечины. – Позвольте объясниться…

– Сначала оплатите ущерб, а потом уже приходите с объяснениями! – выпалила Миллиандра, которую буквально трясло от гнева. – Ваша магия оставила меня без работы!

– Смею заметить, что там была не только моя магия!

– А не надо было лезть ей куда не просят!

– Вообще-то я ваш муж! – напомнил этой бестии, тоже начиная выходить из себя. – И имею полное право лезть к своей жене самыми разными способами.

– Да сколько можно повторять: вы обознались! – Миллиандра возвела глаза к небесам, словно вопрошая, в чем она провинилась перед ними. – Да, у меня тоже есть метка. Но она связывает меня с другим человеком.

– С Элриком Равенстормом, – кивнул я, отчего не желающая признавать меня супруга пораженно остановилась посреди дороги, не обращая внимания на недовольных прохожих. – Почему вы так уверены, что он ваш единственный муж?

– А какой еще? – Девушка непонимающе захлопала длинными ресницами. – Я нашла его по заклинанию поиска, потому что у нас есть общая магия, возникшая после ритуала…

– Я узнал о вас благодаря этому же заклятью, которое, к слову, недавно запатентовал именно Равенсторм. И в том, что у нас есть общая магия, сомнений быть не может.

Миллиандра нахмурилась. Ее лоб перечеркнула вертикальная морщинка, дающая понять, что девушке сложившаяся ситуация совсем не нравится.

– Как ваше имя? – вдруг спросила она, придя наконец к какой-то мысли.

– Кажется, я уже представлялся. Хезард Олдриш.

– Нет, я имею в виду ваше полное имя! Как же это называется? Полное имянаречение, кажется. Приемник того, владыка сего…

– Я понял, – прервал я Миллиандру, очевидно смущенную из-за своего незнания простых вещей. – Это титулярное имя. Мое такое: Хезард Арис Тирсан валь Олдриш, прямой наследник Дома Лазурного Пламени, двенадцатый в роду, праправнук Морригана Могучего, внук десятой леди Аэрлида, сын седьмого хранителя Сионской библиотеки, потомок четырех носителей перстня Гаттерна, рожденный в час Филина под знаком Западной Лиры, восприемник даров шести элементов и мудрости Дома Олдриш.

Несколько секунд Миллиандра молчала, пытаясь осознать услышанное. Затем закрыла ладонью лицо и обреченно повторила:

– Сионская библиотека и перстень Гаттерна, как же иначе…

Почему ее больше всего впечатлили именно эти уточнения, для меня осталось загадкой. А я очень люблю загадки.

– Хорошо, идемте, – вздохнула Миллиандра, в голосе которой появилась какая-то обреченность. – Здесь рядом мой дом.

Район был неплохим. Чистый, ухоженный, с прилично одетыми горожанами среднего достатка, идущими по своим делам. Постройки не поднимались выше третьего этажа, располагались плотно, но продуманно. Нижние этажи занимали лавки и мастерские, из окон которых доносился приглушенный звон инструментов и гул голосов. Над дверьми красовались кованые вывески, а в витринах были выставлены образцы товаров: от изящных украшений до простых, но добротных инструментов.