Тонкие пальцы впивались в мои плечи, когда я входил в нее. Будто хотели притянуть еще ближе, принять еще глубже, растворившись в нашем единении без остатка. Я и сам жаждал того же. Не просто существовать, не просто дышать, а гореть. Ее тело обнимало меня изнутри, горячее и влажное, а я, потеряв голову, шептал ее имя, как молитву. И когда она кричала, сжимая меня собой, я чувствовал, как наша связь крепнет и словно ликует – переливаясь яркими искрами, танцующими на коже и проникая в глубинную суть. Я обнимал женщину, великодушно подаренную мне судьбой, и чувствовал под собой ее желание, ее дрожь – ее всю. Впервые я забыл об одиночестве.

Я счастлив. Даже несмотря на то, что лучший момент моей жизни грубо прервали. Несмотря на то, что у моей жены есть еще два мужа. И что сейчас она наедине с одним из них, обнаженная и разгоряченная после нашей близости. Но даже если она выберет уйти, я все равно счастлив. Ведь уже получил больше, чем мог мечтать.

Мои размышления прервал Костяшка. Он вдруг начал подпрыгивать и щелкать пастью на тот странный нож, который я забрал с собой, уходя из комнаты. Нож висел в воздухе и откровенно дразнил щенка, поднимаясь то ниже, то выше, будто предлагая поймать его, но неизменно уворачивался в самый последний момент. Костяшка не сдавался и продолжал скакать вокруг артефакта.

– Что с тобой? – нахмурился я. Костяшка в ответ снова защелкал зубами.

Присмотревшись, я ощутил нечто странное. С виду просто оживленный предмет, но… Подняв руку, я выпустил магию. Черные ленты энергии обвили лезвие, заставив воздух дрожать.

– Выходи, – приказал я. – Я знаю, ты там.

Нож затрясся, и из него стала подниматься дымка, которая постепенно приняла форму женщины. Ее лицо было бледным, полупрозрачным, немного размытым, но даже смерть не смогла скрыть красоты, которой эта душа обладала в телесной оболочке.

– Назови себя, – потребовал я, чувствуя, как Костяшка жмется к моим ногам.

– Розалинда Кария аэль Вандеркрофт, – прозвучал потусторонний голос, – дочь лунных охотников, наследница пепла, хранительница клятв, рожденная под знаком Угасшего Солнца.

– Почему твой дух заключен в нож? – задал я следующий вопрос.

Призрак посмотрел на меня, будто решая, достоин ли я ответа. Костяшка, испугавшись сурового взгляда, притих и прижался еще теснее.

– Я пришла на зов крови, – наконец сказал дух, – чтобы защитить свою дочь.

Хезард

Элрик поднялся – и замер, будто наткнулся на невидимую стену. Его лицо мгновенно побледнело, глаза закатились. Прежде чем я успел сообразить, что происходит, он вдруг обмяк и рухнул на деревянный пол веранды. Тьма побери! Я рванул к нему и прижал два пальца к ледяной шее.

Щелчок за спиной прозвучал тихо, но я сразу узнал этот звук.

– Проклятье!

Я резко обернулся, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Крышка сундука приоткрылась, и из щели выскользнул тот самый неугомонный нож – Эйджи. Паршивец что, умудрился взломать магический замок? Вот демоны, как не вовремя! Нож завис в воздухе, будто оценивая обстановку, а затем рванул прочь.

– Стой!

На ладони сам собой вспыхнул пульсар, но я вовремя остановился. Одному мне его точно не поймать!

– Ты хочешь помочь Миллиандре? – крикнул я, вместо того чтобы швыряться магией. – Я тоже! Разве не лучше действовать вместе?

Нож замер. Повернулся ко мне. Его лезвие дрожало, словно оно действительно обдумывало мое предложение.

И в этот момент вокруг начался переполох.

– Что случилось?

– Он что, умер?

– Вызовите стражу!

Прохожие начали останавливаться и вытягивать шеи. Люди в чайной зашевелились, загалдели, высыпали на веранду. Хозяин, бледный как мел, протиснулся ко мне сквозь толпу.

– Мессир, что происходит?!

Я наклонился к Элрику, быстро пробежавшись по нему диагностическими чарами. Пульс неровный, дыхание поверхностное, аура... Аура была странно искажена, будто кто-то потянул за невидимые нити, связывающие его сознание с телом.

– Где ближайший целитель?! – рявкнул я, даже не оборачиваясь.

– В двух кварталах, городская лечебница на Фонарной улице, – тут же выдал хозяин, заикаясь от страха. – Вам помочь его донести?

– Не надо.

Я схватил Элрика и взвалил его на плечи, как мешок с мукой. Магия могла бы облегчить ношу, но я не знал, как это скажется на его состоянии. Лучше не рисковать.

Эйджи все еще висел в воздухе, колеблясь.

– Идем, – бросил я ему, уже направляясь к выходу. – Если хочешь помочь своей хозяйке, то тащись за мной.

Нож дрогнул и поплыл следом.

Я бежал так быстро, насколько хватало сил. Непривычным к такому зрелищу горожанам оставалось лишь удивленно оглядываться, показывать пальцами и шептаться за моей спиной. Я игнорировал их, сосредоточившись на дороге и обмякшем на моих плечах Элрике. Быстрее! Пока кто-нибудь сердобольный не позвал патрульных и мне не пришлось тратить время на объяснения!