Каждое его слово било, как молот по наковальне. Я чувствовала, как внутри меня что-то ломается и звенит от боли, превращаясь в бесформенный комок. Но я выдержу. Я смогу.

– Ты клялся…

– О, ты еще и клятвы давал? – протянул блондин, явно наслаждаясь происходящим. – Хоть не магические, а?

– Отвали, Кордан! – сорвался Сион и, откинув челку, зло посмотрел мне в глаза. – Ну все, надоела! Да я, скорее, от рода отрекусь, чем женюсь на тебе! И в храмовники уйду! Оставь меня уже в покое, ясно? Или так и будешь бегать хвостом и смотреть слезливыми глазками? Если так неймется, приходи завтра, развлечемся. А сегодня мне не до тебя, Мили. Не мешай отдыхать.

– Отречешься от рода и уйдешь в храмовники? – Комок внутри меня начал плавиться и превращаться во что-то новое: закаленное и очень острое. – Готов поклясться? На этот раз магией – не будем совершать прежних ошибок.

– Слушай, тебе не надоело? – В голосе Сиона пробилась какая-то усталость от нашего разговора и насмешливых подначек друзей. – Еще клятв я шлюхам не давал!

Сзади меня раздался грохот: Фрея уронила поднос и застыла на месте, не спеша собирать разлетевшиеся осколки от глиняных кружек. Народ вокруг притих, и даже шумные студенты замерли в ожидании, попеременно косясь на нас с Сионом.

– Ты пожалеешь.

Несмотря на бушевавшую в душе бурю, слова прозвучали жестко и холодно. Я развернулась и молча направилась к выходу.

– Вух, горячая малышка! Эй, Сион, ты не против, если я с ней тоже?

– Валяй. В постели-то она ничего… Если б только не была такой дурой.

В груди все заклокотало. Еще не осознав, что делаю, я развернулась и выкинула вперед руку, с которой сорвался огненный сгусток. Шар чистой магии – большой, размером с человеческую голову – сорвался с зудящих пальцев и полетел прямо в парочку сплетников. Глаза парней расширились, и я четко увидела, как в них отразились всполохи стремительно приближающегося пламени. Лишь в последний миг они отшатнулись в разные стороны, и заклятье ударило в стену между ними, разбрасывая горящие щепки на закричавших в панике студентов.

Таверна взорвалась криками и суматохой. Девчонки визжали. Их однокурсники, даром что из благородных семей, сыпали проклятьями не хуже портовых грузчиков. Остальные посетители, опрокидывая стулья, повскакивали с мест в надежде рассмотреть подробности развернувшейся потасовки.

Я стояла, тяжело дыша и чувствуя, как магическая энергия все еще бурлит внутри меня и растекается по телу жаркими волнами.

– С ума сошла?! – Сион смотрел на меня с выражением смеси страха и удивления. – Ты чуть всех нас на тот свет не отправила! Не умеешь контролировать силу – не берись колдовать, гребаная самоучка!

– Лучше быть гребаной самоучкой, чем таким трусом, как ты, – отозвалась я с презрением. – Не хочешь клясться? Пусть. Тебя и без того слышали все вокруг и обязательно припомнят каждое слово, которое сегодня было сказано.

Я развернулась и направилась к выходу, кивнув напоследок Фрее. Та испуганно застыла у печи, прижимая поднятый с пола поднос.

– Тебе все равно с настоящим магом не сравниться, слышишь? – донеслось мне в спину, прежде чем я успела перешагнуть порог. – И недели не пройдет, как ко мне приползешь! Вот только кому ты теперь нужна?

– Это мы еще посмотрим, – ответила я на все разом и покинула таверну.

Дверь захлопнулась, оставив за собой лишь эхо голосов и запах гари. Я глубоко вдохнула свежий воздух и с удивлением почувствовала, как слезы катятся по щекам. Но вместе с болью пришло и осознание: я должна отомстить и заставить Сиона пожалеть о своих словах.

И я знаю, как это сделать.

Мили

В тесной комнатушке, служившей мне сразу кухней, спальней и местом учебы, я готовилась к магическому ритуалу. Свечи из пчелиного воска, бережно расставленные на столе, мерцали мягким светом, создавая таинственную атмосферу. Их аромат наполнял воздух, смешиваясь с запахом трав, которые я сама собрала в ближайшем лесу. Денег на покупку ингредиентов было откровенно жалко. И так пришлось отдать месячное жалованье хозяину таверны, в которой я две недели назад учинила разгром. А заодно распрощаться с работой подавальщицы, приносившей мне пусть маленький, зато стабильный доход.

Я вздохнула и вновь опустила взгляд на старую книгу заклинаний, доставшуюся мне не то от прабабки, не то от дальней родственницы, о которой я почти ничего не знала. Мама не любила говорить об этом наследстве, но бережно хранила его в сундуке вместе с другими нехитрыми семейным сокровищами: сережками с аметистами и шелковым отрезом, предназначенным для свадебного платья. Сжав зубы, я перелистнула страницу. Платье, может, и не пригодится, а вот свадьба будет. Да не простая, магическая. Которая заставит Сиона пожалеть о брошенных мне в лицо словах.