Эйджи внезапно вонзился в деревянный планшет для записей, заставив дежурившую у стойки девушку взвизгнуть. Лезвие с яростью заскребло по дереву, выцарапывая короткое слово: «СИОН».

Ледяная волна прокатилась по спине. Сундук. Я оставил проклятый сундук с телом Сиона в чайной. Среди людей. Среди ничего не подозревающих горожан.

– Да провались все! – Я швырнул перо, чернильница опрокинулась, оставляя кляксу на регистрационной книге. – Простите, я сейчас приберу…

Взмахом руки убрал бардак. Даже странно, что справился: пальцы ходили ходуном. Эйджи выдернул себя из деревянной плашки и завис рядом, будто говоря: ну наконец-то дошло!

Поверить не могу, что бросился в лечебницу, забыв обо всем на свете, включая элементарную безопасность. Впервые. Впервые на своей памяти я ощутил настоящий, животный, вышибающий все мозги страх – не за себя, а за кого-то другого.

И кто бы мог подумать, что этим другим будет Элрик Равенсторм! Человек, которого несколько дней назад я сам мечтал прикопать под ближайшим кустом.

Хезард

Я видел всякое за свои тридцать два года.

Черные маги, помешанные на власти, с их кровавыми ритуалами и пустыми амбициями, не пугали меня. Маньяки-алхимики, кромсающие людей в попытках создать совершенное существо, вызывали лишь холодное презрение. Я выходил победителем из дуэлей в полуразрушенных башнях, где один неверный шаг означал падение в бездну. Уворачивался от взрывов, обходил ловушки, переживал предательства – и всегда, в любой ситуации сохранял холодный рассудок. Именно за это меня уважали коллеги и ненавидели враги. Именно за это я стал советником Департамента магического контроля, когда другие лишь мечтали о подобной должности.

Но сейчас… Сейчас все пошло кувырком.

Элрик находился в коме, балансируя на грани между жизнью и смертью. Сундук с телом Сиона, от которого зависела судьба Миллиандры, оказался в руках стражников, пока те «выясняли обстоятельства». Сама Мили пропала, и все указывало на то, что она исчезла вместе с проклятым некромантом. По городу поползли слухи, мое имя фигурировало в розыске.

Действовать нужно было быстро, обстоятельства складывались против меня. Я выбрался из города каким-то чудом, полагаясь не на расчет, а на слепую удачу, старые навыки и быструю реакцию. Демоны побери, мне просто повезло! Такой непрофессионализм вызывал глухое раздражение, но выбирать не приходилось.

Эйджи плыл рядом, пока я скакал на взмыленной лошади, с трудом раздобытой в городе. К магическому ножу у меня было все больше вопросов. Слишком умный. Слишком... живой. Он не просто подчинялся чарам, а точно знал, куда мы направляемся. В Карвин. Именно там, согласно данным Управления, обосновался некромант. Там я надеялся найти Миллиандру, чтобы после разобраться с остальными проблемами.

И я ее нашел. В постели с другим.

Эмоции, вспыхнувшие во мне, были незнакомы и непривычны. Когда я узнал об измене Жаклин со своим лучшим другом, это не вызвало во мне ничего, кроме холодного безразличия. С Миллиандрой было иначе.

Я не испытывал ненависти к ней или жалости к себе. Прекрасно понимая природу магической связи, я знал, какая неконтролируемая тяга могла возникать между людьми. Я сам ощущал ее влияние. И отчасти даже был готов к тому, что мне придется делить жену с двумя другими мужчинами. Однако меня грызло другое чувство – жгучая, почти детская обида. Почему она выбрала его, а не меня? Было бы мне спокойнее, если б я оказался первым, а Мелерай и Элрик следующими в очереди за ее принятием? Вероятно, да. Я привык быть первым во всем: в учебе, в карьере, в магии. Но на этот раз что-то пошло не так.

Осознание пришло, когда я заметил брачный браслет на ее руке. Настоящий, золотой, который женихи дарят невестам перед свадьбой. С ума сойти, какой-то некромант додумался до этой простой вещи, а я – нет! Вместо подарка отчитал ее сначала за равнодушие, затем за своеволие и бросил одну в гостинице. Идиот! Неудивительно, что Миллиандра предпочла подарить свою любовь тому, кто подумал о ее чувствах, а не потребовал их в ультимативной форме. Что ж, мне придется многому научиться, чтобы заслужить ее расположение. Например…

– Селеста, я добавил в чай дикого меда. – Мелерай улыбнулся и поправил прядь ее волос, выбившуюся из косы. – Тебе же нравится мед?

– Да, очень.

Я стоял в дверях кухни, наблюдая за тем, как проклятый некромант хлопочет у стола и обхаживает мою жену. Ладно, нашу жену. Но у меня на глазах! Прикоснувшись губами к краю чашки, он проверил температуру и только после этого пододвинул чай Миллиандре. Выглядело это крайне неприлично. В следующий раз сам так сделаю.

– Спасибо, очень вкусно, – произнесла Мили, пригубив напиток в том же месте, которого только что касались губы некроманта.

– Порезать тебе яблоко?