– Что ты несешь? – прошипела я в лицо парня. – Ты сам меня бросил! А теперь недоволен?

– Ну что ты, Мили, я доволен. Иметь тебя, такую гордую и неприступную, было очень даже приятно. – Сион осклабился и усилил хватку, когда я дернулась от его слов. – Знаешь, даже повторить захотелось! Будет небольшая компенсация за то, что твой муженек чуть не сломал мне руку.

Он наклонился и лизнул мою грудь, оголившуюся во время нашей борьбы. По спине побежали мурашки, но совсем не от возбуждения и желания. Липкий страх сковал все тело и комком забил горло, мешая позвать на помощь. Да и кого звать, если комнатка накрыта чарами заглушения? Точно, чары…

– Ты пьян! Отпусти!

Я незаметно пошевелила пальцами, пытаясь вызвать магический импульс, но Сион с каким-то безумным смехом заблокировал заклинание и создал свое, охватившее мои руки золотыми нитями. По телу тут же разлилась чудовищная слабость: даже повернуть голову теперь казалось непосильной задачей. Только сердце заколотилось сильнее, грозя выбить грудную клетку. И где-то там, над солнечным сплетением, вдруг стало очень горячо.

– Теперь можно и отпустить… Что, не ожидала? Тебе такой уровень магии и не снился! Называется «Оковы Шаранеи», третья ступень обездвиживающих проклятий. Интересно? Я тебе расскажу о них потом, когда мы закончим…

Сион привстал и стянул с себя рубашку. Затем избавился от штанов и, разведя мне колени, опустился между ними. Магия, видимо, не могла заблокировать все движения, потому что меня начала колотить мелкая дрожь. Но руки и ноги оставались ватными, и попытка оказать сопротивление превратилась в невнятное ерзанье.

– Не надо… Я не хочу…

Губы шевелились с трудом, из глаз хлынули слезы. Жар из груди исчез, превратившись в легкое покалывание, поднимавшееся по правой руке. Сион недовольно цыкнул и магией разрезал мешавшую ему сорочку.

– Вот только не надо притворяться недотрогой! – раздраженно ответил он. – Я знаю, какая ты на самом деле! Через сколько дней ты раздвинула ноги перед другим, ммм? А может, ты сразу с нами двумя трахалась? И что, этот старикан повелся, поверил в твою невинность? Вот идиот! С ним, наверное, жутко скучно даже в постели, да, Мили? Ну ничего, я напомню, как ты извивалась подо мной и умоляла не останавливаться. Ты ведь скучаешь по мне, признайся! Признайся, что скучаешь!

Сион прижал меня к постели своим крепким телом и продолжал что-то говорить. Его речь напоминала бессвязный бред, опалявший щеку горячим дыханием. От исходящего от него удушливого запаха, от навалившейся тяжести и абсолютного бессилия меня резко замутило. Я жалобно всхлипнула, почувствовав, как мужская рука зашарила внизу и приставила ко мне край возбужденной плоти. Нет, не хочу! Только не так! Только не с ним!

– Помогите… – произнесла я почти беззвучно, сама не зная, кого прошу о спасении.

Но то ли благодаря этому отчаянному призыву, то ли по удивительному стечению обстоятельств в следующий миг мое запястье обожгло огнем. Я вскрикнула, увидев, как знакомый паук впивается в брачную метку острыми жвалами, и внезапно поняла, что снова могу двигаться. Рывком подогнула ноги и изо всех сил пнула Сиона, отталкивая его назад. Тот грязно выругался, едва не навернувшись с кровати, но удержал равновесие и схватил меня за горло.

– Прекрати брыкаться, – рычит он, окончательно потеряв рассудок, – или будет хуже!

Я задыхаюсь и в отчаянии царапаю ногтями его руку. Сион не отпускает. Наоборот, его хватка кажется все крепче, а воздуха и сил остается все меньше. В глазах плывет, и я вот-вот потеряю сознание.

И тут Сион вздрогнул и замер. Пальцы, сжимавшие мое горло, ослабли, а из уголка его рта стекло что-то темное. Я воспользовалась моментом, отшвырнула от себя насильника и зашлась в надрывном кашле. Горло саднило, а кровь била по вискам. Вокруг повисла тишина, нарушаемая только моим свистящим дыханием.

Схватив отброшенное в сторону одеяло, я закуталась в него, словно это могло как-то защитить от сильного мужчины и опытного мага. С опаской подползла к краю кровати и взглянула на скрючившегося там Сиона. И заскулила, наконец осознав, что именно сейчас произошло.

– Эйджи, что ты наделал? – прошептала я, глядя, как магический нож, покачиваясь  из стороны в сторону, с трудом выбирается из спины Сиона и, окровавленный, ложится к моим ногам.

Хезард

Я шел чуть в стороне, постукивая тростью по мостовой, и внимательно слушал болтовню Элрика и Фреи. Парочка щебетала, как воробьи на весенней ветке. Равенсторм, конечно, в своем репертуаре – без устали сыпал байками о бесконечных путешествиях по разным городам. А эта рыжая простушка развесила уши и ловила каждое его слово.

– А ты всегда здесь жила? – будто невзначай поинтересовался Элрик и очертил рукой пустую ночную улицу. – Наверное, вы с Мили дружили с пеленок!