Его пальцы провели по лепестку ближайшей лилии, и тот мгновенно скукожился, почернел и превратился в труху. Мелерай тут же отдернул руку и спрятал ее в карман.

Софи, насытившись, разлеглась на его плече и лениво перебирала лапками, приводя себя в порядок после долгого сна. Предательница.

– Тогда что тебе нужно?

Тень пробежала по его лицу, смывая наигранную легкость. Он шагнул вперед. Один стремительный, точный шаг сократил расстояние между нами до опасного минимума. Я инстинктивно отпрянула, ощутив холод стены за спиной. Его ладони уперлись по обе стороны от моей головы, запирая в ловушке.

– Прошу...

Голос Мелерая стал низким, почти хриплым. Он наклонился еще ближе, и его дыхание обожгло кожу, когда он прошептал мне в лицо:

– Прошу, проведи со мной эту ночь.

Мили

– Провести ночь?! – От моего крика Софи испуганно свернулась в комок и юркнула за мужской воротник. Прячься-прячься, с тобой я потом поговорю! – Ты в своем уме?!

Мелерай отпрянул, будто я плеснула ему в лицо кипятком. Его темные глаза округлились от искреннего недоумения.

– Но... ты говорила, что девушкам нравится, когда их целуют...

– Да не в этом дело! – Я сжала кулаки, чувствуя, как кровь приливает к щекам. – Ты меня похитил! Опоил! Увез бог знает куда! И теперь предлагаешь... это?!

– А что не так? – Он наклонил голову, словно не мог уложить в ней мое возмущение. – Ты красивая. Я тоже. И мы оба друг другу нравимся. Разве это не идеальное стечение обстоятельств?

Я открыла рот, собираясь выложить все, что думаю о его логике, но замерла не в состоянии подобрать нужных слов. Что это вообще? Как можно не знать элементарных вещей и игнорировать общепринятые правила? Он что, вырос в клетке посреди леса? Мелерай стоял передо мной, улыбаясь своей бесстыжей улыбкой, но в глазах читалась... растерянность. Настоящая, детская. Будто он и правда не понимал, почему я злюсь.

– Ты... – Я прикусила губу. – Ты серьезно не видишь проблемы в том, чтобы похищать людей?

– Проблемы? – Он задумался. – Я же не причинил тебе вреда. Наоборот! Цветы, чай, разговоры... Разве это плохо?

– Плохо! Потому что так не делают!

– А как надо?

Я закрыла лицо руками. Древние духи, он и правда как ребенок! Ребенок с отголосками опасной магии и внешностью, способной вскружить голову любой девушке.

– Ладно, – глухо произнесла я в ладони. – Давай по порядку. Где мы?

– В моем доме.

Я растопырила пальцы и недовольно посмотрела сквозь них на Мелерая. Издевается? Нет, вроде.

– Где он находится?

– Эм... все время забываю название. Как-то на Ка… или Ке… Нет, на Ка… – Он замялся, затем махнул рукой. – Неважно. Главное, что тебе здесь нравится!

Я посмотрела на комнату, утопающую в застывших цветах. На лепестки, которые не могут шелохнутся, даже когда я дотрагиваюсь до них. На окно, за которым мертвая пустошь.

– Мы в Карвине?

– Точно, Карвин! – обрадовался Мелерай, щелкнув пальцами в воздухе. – А ты откуда знаешь?

– Мелерай... – Мой голос дрогнул. – Ты некромант, да?

Он замер. На секунду в его глазах мелькнуло что-то дикое, пугающее – будто зверь, учуявший опасность. Но тут же исчезло, сменившись все той же наивной улыбкой.

– Да. Но это не значит, что я сплю в гробу и ем на завтрак тухлых червей!

– Я не говорила, что ты спишь в гробу. А про червей тем более.

– Обычно люди так думают. – Он вдруг потянулся к кольцам, нервно поправляя их на своих пальцах.

И тогда я поняла. Кольца. Их было слишком много. И выглядели они... странно. Будто не просто украшения, а щит.

– Покажи руки, – резко сказала я.

– Зачем? Я ведь уже показывал.

– А мне еще раз надо.

– Не надо.

– Хватит уже упрямиться!

Он попытался отвести руки за спину, но я схватила его за запястье и стянула одно из колец. И обомлела.

На смуглой коже проступил узор. Тонкий, изящный, словно кружево из теней. Точно такой же, как на моей руке.

– Ты... Ты мой муж?

Мелерай не ответил. Лишь вздохнул и снял остальные кольца одно за другим, обнажая черные метки, оплетающие его пальцы, запястья, локти... Лицо тоже украсили острые полосы, перечеркнувшие глаза наподобие шрамов от звериных когтей. Клейма обрученного со смертью.

– Прости, я не хотел тебя пугать, – прошептал он. – Просто... привык, что люди боятся.

Его лицо изменилось. На миг я увидела другого Мелерая – того, кто скрывался за наивным, любопытным ребенком. Усталого. Одинокого. Проклятого. Сердце болезненно сжалось. Я потянулась к его лицу, касаясь тонких линий, проходящих от глаз к щекам. Если не приглядываться, то издалека их можно принять за черные дорожки слез.

– Это не больно?

– Только поначалу.

Тишина.