— Я не твой враг. Я просто сторонний наблюдатель с… собственными интересами. Удачи тебе, «дорогая». Тебе она понадобится. С Рихардом и с этим разводом.

И, не дожидаясь ответа, она развернулась и пошла прочь, растворяясь в толпе, как призрак из другого мира.

Я стояла, прижимая к груди банку с чаем, и чувствовала, как смешанные чувства, недоумение, злость, и странное, почти жалостливое понимание, бурлят внутри. Сильвия была монстром, но монстром честным. И в её словах была своя, извращённая логика.

Вернувшись в штаб, я была ещё под впечатлением от этой встречи. Но ощущения смягчились, когда, открыв дверь в приёмную, я увидела за моим столом седую, дорогую голову.

— Фрида!

Она подняла взгляд от вязания, и её лицо расплылось в такой тёплой, искренней улыбке, что у меня навернулись слёзы. Я бросилась к ней, обняла, вдыхая знакомый запах яблочного пирога.

— Милочка моя! Ну наконец-то! — Она отодвинула меня, чтобы рассмотреть.

— Ой, очки новые! Красивые! А сама-то бледная, как стена. Что они с тобой тут делают, эти драконы? Соскучилась по вам, как по родным! — Она хлопнула себя по коленям.

— Дома-то хорошо, внуки…иногда — радость, но тишина эта… она меня съедает. Решила проведать, как вы тут без меня управляетесь. И, как вижу, не очень-то!

Я не удержалась и выложила ей всё. Про Юму, про «Круг Пламени», про план Хекса. Её лицо становилось всё серьёзнее, а глаза — всё больше.

— Мать родная… — прошептала она, когда я закончила. — Так вот какую гадость они выкопали. «Круг Пламени»… Старая, ядовитая змея. Я думала, их корни давно выжгли. — Она покачала головой, а затем резко, почти сердито ткнула в меня пальцем.

— А ты, птенец бестолковый, согласилась? На приманку? Да тебя теперь на поводке держать нужно, коротком таком! И из дома не выпускать! Они же могут напасть в любой момент, где угодно!

— Но план…

— План! — фыркнула Фрида. — План у них в голове, а нож, у негодяев в рукаве! Ох, Рихард, Рихард… Ну что ж ты на свою голову такую упрямицу нашёл…

В этот момент дверь кабинета открылась. Из него вышел сначала Хекс, кивнувший мне на прощание с каменным лицом, а затем и Рихард. Увидев Фриду, он слегка удивился, но лишь кивнул.

— Фрида. К незваным гостям сегодня особый поток.

— А я и не гость, я тут завсегдашняя! — парировала она, но встала, видимо, чувствуя, что сейчас будет что-то важное.

Рихард подошёл к своему столу в приёмной, взял со стопки толстый, позолоченный конверт с печатью и повернулся ко мне. Его лицо было непроницаемым, но в глазах горел тот самый холодный, решительный огонь, который я видела во время планирования.

— Мисс Элиза, — произнёс он официальным тоном, но я поймала едва уловимый намёк на что-то другое в его взгляде.

— Корпус офицеров Имперской Гвардии проводит ежегодный Зимний Бал. Приглашения рассылаются высшему командному составу и их семьям. — Он протянул мне конверт.

— Это приглашение. На мое имя. И на имя моей сопровождающей. Впишите своё?

Я взяла конверт. Бумага была плотной, дорогой. Я посмотрела на него, не понимая.

— Но… я… мы не…

— Именно так, — перебил он. Его губы тронула едва заметная, ничего не обещающая улыбка.

— Это идеальное место. Публичное, полное нужных и ненужных глаз, с жёстким пропускным режимом, но с возможностью для «несанкционированного» проникновения для тех, у кого есть деньги и связи. Идеальная сцена для того, чтобы истинная пара генерала Вальтера впервые появилась на светском радаре. И для того, чтобы стать идеальной мишенью.

Фрида ахнула, зажав рот рукой. Я же просто смотрела на конверт, чувствуя, как сердце замирает, а потом начинает биться с новой силой.

Бал. Выход в свет. Первый шаг нашей контр-игры.

После работы, как и было объявлено, Рихард повёл меня за платьем. Мы шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Мои крутились вокруг бала, вокруг Сильвии, вокруг того, что ждёт впереди. Его — оставались для меня загадкой.

Магазин, в который мы зашли, носил вычурное название «Ателье Мадам Элои». Он располагался в тихом, фешенебельном квартале, и его витрины демонстрировали не одежду, а произведения искусства из шёлка, бархата и кружева. Внутри пахло дорогим парфюмом. Тут можно дышать? Или меня заставят за это заплатить? Тишина была такой, что казалось, можно услышать, как падает на пол булавка.