Я уперла руки в боки и повысила интонацию своего голоса:

– Если вы не будете высыпаться, то в один прекрасный момент грохнетесь у всех на виду и проспите несколько дней! Нравится такой исход?!

Юньвэнь громко сглотнул и помотал головой.

– Тогда идите спать! – бросила я и, вопреки тому, что пальцем показывать некрасиво, ткнула им в сторону императорского дворца.

Повисла тишина, нарушаемая лишь еле слышными криками солдат, доносившихся с тренировочного плаца.

– Если только с тобой, – растянув губы в лукавой улыбке, вдруг сказал император.

Фанг издал какой-то булькающе-хрюкающий звук, а Рин покраснел и потупился. Я же больше ничего не смогла сделать, кроме как возмутиться. Причем очень и очень громко.

– ЧЕГО?! КУДА ЭТО ВЫ МЕНЯ ЗОВЕТЕ?!

– Спать. Со мной, – повторил император, глядя на меня невинным взглядом ребенка.

В голове у меня крутилось множество всяких прекрасных ругательств, и мне страшно хотелось применить их все к стоящему передо мной мальчишке! Блин, я же обещала больше его так не называть, если он спасет мою шкуру от стрел и мечей наемных убийц…

Стараясь подавить возмущение, что яростно клокотало внутри меня, я придала своему лицу спокойное выражение лица и вежливо обратилась к императору:

– Ваше Величество! Никогда и ни при каких обстоятельствах я с вами спать не буду. Это удел ваших наложниц и вашей жены, которая уже давно мечтает о ночи спать с вами.

На последних словах я сделала заметный акцент, внимательно глядя в лицо императора и пытаясь считать его эмоции. Если его это и задело, то он не показал вида.

– Раз не собираешься спать со мной, тогда хотя бы проводи до дворца, – сказал он, улыбаясь так мило, что отказать ему было совершенно невозможно.

Ладно, провожу его, чего уж там. От этого с меня не убудет.

В ответ же я лишь кивнула императору и он, довольный, махнул рукой Рину и направился в сторону дворца. Мы с Фангом последовали за ним.

В этой части Запретного города было намного светлее, чем в остальных. Я будто бы шла по таинственному саду, озаренному множеством дрожащих огоньков, и видела буквально каждую мелочь. Гулять тут ночью было бы сплошным удовольствием, если бы не таящийся во мраке убийца.

У входа в императорские покои Юньвэнь замялся. Потоптался на месте, промычал что-то непонятное себе под нос и кинул на Фанга недовольный взгляд. Телохранитель понял намек и поспешил ретироваться. Я тоже двинулась за Фангом, но император схватил меня за руку. Я непонимающе уставилась на него. Так и хотелось брякнуть что-то типа «ну че тебе еще надо, а?».

– Я-я-я, – промямлил Юньвэнь. – Я-я-я…хочу чая! Да! Очень хочу чая!

Радости моей не было предела…

– Сейчас приготовлю, – сказала я, понурившись.

– Нет-нет! – замотал руками Юньвэнь. – Пусть приготовит и принесет твоя служанка. А ты только нальешь мне.

Посмотрев на императора как на дурачка, я пожала плечами и попросила у стоящей перед дверями служанки передать Чун просьбу приготовить чай и принести его императору.

В покоях Юньвэнь добрел до постели и мешком упал на мягкую перину.

– О-о-ох! – простонал он в подушку. – Как же хочется спать.

– Ну так спите, – посоветовала я.

Раз так хочется, пусть ложится и закрывает глаза. Зачем еще чаевничать собрался?

– Я не могу.

– Почему?

– Потому что я хочу не просто уснуть, а выспаться, понимаешь?

– И что мешает?

– Бессонница.

– Ничего страшного, – отмахнулась я. – Попьете ромашкового чая и уснете как младенец.

Юньвэнь приподнял голову и посмотрел на меня уставшими и покрасневшими газами.

– Мне не помогает ничего.

– Так уж и ничего? – не поверила я.

Император уверенно кивнул.

– А овец считать не пробовали?

– Овец?

– Раз овца, два овца, три овца…

– Я обычно считаю драконов, – сказал Юньвэнь, снова уронив лицо на подушку. – Только это тоже не помогает.

– Может, вам сходить к вашей супруге? – И что меня заело на его личной жизни? Какая мне вообще разница, что у него на личном фронте происходит?

На мой вопрос Юньвэнь никак не отреагировал. Некоторое время он так и лежал, уткнувшись лицом в подушку, пока вдруг резко не поднялся и не посмотрел на меня горящим решимостью взглядом.

Я напряглась. Взгляд этот мне не понравился.

– А знаешь, кое-что мне все-таки помогает, – загадочно начал он.

– И что же? – спросила я, чуя недоброе.

Юньвэнь поджал губы и отвернулся. Мне показалось или у него порозовели щеки?

– Ты, – еле слышно сказал император. – Почему-то, когда ты рядом, я быстро засыпаю и сплю всю ночь как убитый.

– Чай, наверно, помогает, – буркнула я, теребя выбившуюся из причёски прядь.