– Больной? – не понял солдат, держащий раскаленную кочергу. – Так это из-за пыток! Когда мы его схватили, он был очень даже здоровым.

– Я не про физическое здоровье говорю, – еле сдерживая гнев, пояснила я. – А про психическое.

Тут уже все присутствующие уставились на меня как на экзотическое животное. Ну да, точно, у них в это время еще не было понятия «психология»…

– Он болен разумом. Ведет себя неадекватно, говорит непонятные вещи и не понимает нас, – как можно доступнее объяснила я.

– С каких пор дураков называют больными? – скептически произнес стоящий в стороне Ичиро.

Офицер пожал плечами и спросил:

– Так что с ним делать, Ваше Величество? Посадить за решетку?

Все выжидающе уставились на императора, который, немного подумав, убрал руку от лица и приказал:

– Отпустите. Сомневаюсь, что от него мы чего-то добьёмся.

Подчиненным приказ императора явно не понравился. Была бы их воля, они бы запытали бедолагу до смерти, а потом посмертно обвинили бы во всех грехах.

На моих глазах невменяемого развязали и выволокли из темницы. Мы с Юньвэнем вышли следом и проследили, как солдаты выкинули беднягу за ворота Запретного города.

– Сколько подобных людей было казнено просто ни за что, – тихо сказал император, глядя на ползущего по земле мужчину.

Несмотря на то, как с ним тут поступили, бедняга все равно стремился вернуться.

– Как думаешь, к кому он так рвется?

– Не знаю, – тоже тихо ответила я. – Возможно, тот, кого он хочет видеть, больше не живет здесь, но слабоумный не может понять этого.

Император ничего мне не ответил. Его задумчивый взор был устремлён на закрывающиеся ворота и ползающего по земле слабоумного.

Солнце скрылось за кучевыми облаками. Теплый ветерок играл с длинными прядями распущенных волос императора, но он не обращал на это никакого внимания. Ворота уже закрылись, а Юньвэнь все еще задумчиво смотрел на них. Мне вдруг стало интересно, что у него сейчас в голове. Не отдавая себе отчета в своих действиях, я прямо спросила:

– О чем вы думаете?

Поняв, что нечаянно озвучила свои мысли, я прикрыла рукой рот и приготовилась к замечанию, но его не последовало. Юньвэнь оторвался от созерцания ворот и, взглянув на небо в облаках, сказал:

– Я думал о свободе. О таком мире, где каждый волен выбирать, кем он будет. Вот о чем я размышлял.

– Это утопия, – горько заметила я. – Такого никогда не будет, но, отчасти, свобода у людей все же появится.

Юньвэнь повернулся ко мне и лукаво улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках.

– Говоришь как прорицательница. Может, помимо заваривания чая и познаний в лечебном деле у тебя есть еще дар предвидения?

– В какой-то степени, – уклончиво ответила я, улыбнувшись в ответ.

– Ваше Величество! – раздался за нашими спинами голос Рина.

Мы с императором одновременно обернулись.

– Мы закончили допрос солдат, которые хотели вас убить, – доложил подошедший к нам дракон.

Юньвэнь заметно оживился.

– Они сказали, кто их послал?

– Один откусил себе язык, а второй… – Рин замолк и виновато посмотрел на императора.

– Что второй? Не томи! – нетерпеливо воскликнул Юньвэнь.

На лице Рина появилось сочувствие. Глубоко вдохнув, он выпалил:

– Второй пленник заявил, что их нанял канцлер Фан.

Из моего горла вырвался удивленный возглас. Так вот, кто предатель? Но как канцлер узнал о плане императора?

Минчжу?..

Да нет, быть такого не может! Или может?..

– Началось, – устало вздохнул Юньвэнь.

Слова Рина ничуточку его не удивили. Он что, обо всем догадывался? Тогда почему сказал мне, что не знает, кто предатель?..

– Что началось? – поинтересовался неизвестно откуда взявшийся Фанг.

– Ох, божечки! – воскликнула я, вздрогнув от неожиданности.

Телохранитель императора не обратил на мой испуг никакого внимания. Он смотрел на своего господина и друга, ожидая, когда тот ответит на его вопрос.

Император почесал костяшкой пальца правый глаз и ответил:

– Наговоры. Кто бы ни послал этих убийц, они будут специально обвинять в покушении на меня тех, кто ко мне ближе всего. Я еще удивлен, что начали с канцлера, а не с тебя, Фанг.

При этом Юньвэнь невесело усмехнулся и снова потянулся тереть глаз. Я подошла к нему поближе и внимательно всмотрелась в лицо императора. Белки его глаз покраснели и заслезились, а веки посерели от усталости.

– Когда вы в последний раз хорошо спали? – поинтересовалась я у императора.

Юньвэнь замер, убрал руку от глаза и задумчиво взглянул на меня.

– Понятно. Вы даже не помните, – сделала я свой вердикт.

– Слишком много проблем. Мне не до сна, – отмахнулся император.