Гадюковна. Я слышу ее уверенный, млеющий от вида Сергея, тембр. Его ни с каким другим не спутаешь даже на расстоянии. Дом за считаные мгновения наполняется ядом. Он травит изнутри, порождает сомнения.

Втягиваю носом воздух, стараюсь отвлечься от тревожных мыслей.

— Что ты здесь делаешь?

Сергей раздражен и даже не скрывает свое недовольство. Только сей факт нисколько не ободряет.

Встаю и понимаю, что не знаю, куда себя деть. Хватаюсь за тряпку на раковине и бездумно вытираю все поверхности вокруг. Они чистые, но мне нужно отвлечься. Делать хоть что-то.

Иначе выбегу в коридор и вцеплюсь этой твари в волосы.

В голове роится туман. Гадюковна порождает во мне самое дурное. Делает то, что не смогла любовница Жени. Она будит глубокую распирающую грудь ярость. Кажется, я никогда и никого не ненавидела сильнее, чем свою тезку в этот момент.

Раньше думала, что не способна на такие чувства.

— Нигде не могу найти свои часики, — лепечет голосом невинной овцы расчетливая стерва.

Сжимаю тряпку в руках, но в ладони не мягкая микрофибра. Кожу рассекают рыжие волосы и осколки черепа. Скрип зубов настолько громкий, что я глохну на миг.

Что ей нужно? Очень сомневаюсь, что потерялась безделушка. Кто заявляется в дом к чужому мужчине без приглашения?

О наличии ключей не думаю. Иначе эмаль превратится в труху.

Отдаю отчет, что Сергей не затворник и не монах. Подобное встречается только в любовных романах. У нас есть прошлое. И оно должно им оставаться.

— Тебе не попадались? Тонкий ремешок. Помнишь, да? Безделушка, конечно, но такая милая.

Уверена, что сейчас она взмахивает своими наращенными ресницами и складывает домиком брови на бетонированном ботексом лбу.

Ярость уступает место другому чувству. Замираю, взглядом пробегаюсь по всему, что меня окружает. Ищу опору. Неосознанно.

— Если бы я заметил, то передал.

— Ну, Сереж, они мне дороги как память. Единственный твой подарок. Не будь таким черствым.

— Катя, отдай ключи и уходи.

Пол под ногами плывет. Неуправляемой лавиной на меня обрушивается неуверенность. У нее есть ключи. Она зашла сюда, словно явилась домой. Горло сжимает тугой ком.

Трясу головой, прогоняю сумасшедшие мысли. Прихожу в себя. Но память предательски подкидывает радостное выражение лица любовницы Жени.

Вдруг я на ее месте?

Предположение появляется и гаснет. Полный бред, который в голове не укладывается. Любовниц не зовут жить вместе.

Я доверяю Сергею. Знаю, что он не врет.

На этот раз моя вера непоколебима. Никаких обвинений без предварительных вопросов и уточнений. После того как Гадюковна покинет дом, мы разберемся между собой.

Сейчас не время для истерик.

Однако беспокойство не дает спокойно дождаться ее ухода. Толкает к порогу прямо в спину.

Пол твердеет. С каждым шагом ощущаю растущую уверенность в собственных силах.

— Ой, Сереж, вдруг еще вспомню? Меня так долго не было. Ты же знаешь, какая я рассеянная. Что-то наверняка осталось из моих вещей.

С меня хватит.

Что она о себе возомнила? Какая навязчивость! По скудным ответам Сережи явно, что он не жаждет разговора. Но Гадюковна прет танком напролом.

Сама того не понимая, давит остатки моего самообладания.

Я не должна вмешиваться. Это их дело.

Но разгневанная женщина не слушает голос разума. Поздно. Превращаюсь в настоящий вулкан, доверху наполненный раскаленной магмой. Еще несколько фраз — взрыв обеспечен.

— Откуда у тебя ключи? — Сережа говорит холодно, что я невольно замираю.

От его интонации Гадюковна должна стать ледяной статуей Медузы Горгоны. Потом рассыпаться при виде меня в жалкие ошметки. Только этого не происходит.

— Сереж, у нас гости? — нежно мурлычу, невинно хлопаю ресницами. Но не забываю про испепеляющий взгляд в сторону Гадюковны.

Знай, сучка, свое место. Здесь занято.

Он поворачивается и тает. Вижу, как смягчаются напряженные черты. Легкая усмешка скользит по губам.

Кажется, Сережа мной гордится.

— Ты не предупреждал, — оборачиваюсь к Гадюковне и щурюсь.

Внутренне торжествую. Нужный эффект достигнут. Стерва в замешательстве.

— Проходите, сделаю вам чай. Только разуйтесь, пожалуйста. У нас чисто. Не люблю затоптанный пол, когда есть сменка.

У Гадюковны дергается глаз. Два раза подряд. Заметно, как ее броня самоуверенности сыплется прахом. У змеи не вышло заползти в мой дом, теперь она в растерянности.