Силой воли я заставила свои руки потянуться к свету. И тут же меня окатило горячей волной любви. То были чувства тех, кем я дорожила. Да, в сравнении с холодным океаном ненависти и злобы моей сестры, этот луч казался крошечным и незначительным. Но именно он спас целую страну от хаоса. И именно он в будущем вернет мир и спокойствие в Эльдерию.

Я открыла слипшиеся веки и, посмотрев мутным взглядом вперед, увидела потолок, украшенный витиеватой лепниной. Эти узоры – первое, что я видела по утрам на протяжении девятнадцати лет.

Все, прямо как в тот раз, после моей смерти.

Я дома и лежу в собственной постели. Правда, сил, чтобы встать, у меня нет. Тело ощущалось вялым и тяжелым. Сколько же времени я провела без сознания?

– Алисия, – нежно прошептал мое имя Эйден. Он стоял возле зашторенного окна и смотрел на меня блестящими от слез глазами. – Ты наконец-то очнулась.

Я улыбнулась ему.

В радостном порыве мужчина подскочил к моей постели и стал расспрашивать:

– Как ты себя чувствуешь? Не хочешь ли чего-нибудь? Может воды или чего-то перекусить? Ты только скажи, я быстро все принесу.

– Воды, пожалуйста, – прохрипела я. Горло пересохло, как земля под палящим солнцем.

Мужчина бросился вон из комнаты и через пару минут вернулся с бокалом, наполненным водой. Следом за ним в спальню вбежали Тео, Нора и Каин.

– Сестрица! Ты жива! – сказал брат, прыгая на месте от счастья.

– Госпожа! Хвала богам, вы очнулись! – воскликнула Нора, вытирая платком глаза.

– Г-госпожа, – только и смог вымолвить Каин. Бедный юноша то и дело шмыгал носом, упорно сдерживая слезы.

Я одарила каждого из родных ласковым взглядом. Эти люди были бесконечно дороги моему сердцу. И какое же облегчение, что сейчас они стоят здесь, рядом со мной, целые и невредимые.

– Ну, рассказывайте, что же со мной произошло.

Ребята переглянулись и, разместившись, кто на кресле, кто на краю моей постели, начали свой рассказ.

Оказалось, что, как только мы запечатали портал, я потеряла сознание и ни исцеляющая магия, ни лекарства не могли привести меня в чувство. Королевский лекарь сказал, что я впала в летаргический сон, от которого нет никакого средства. Человек либо проснется сам, либо проведет всю свою жизнь в мире снов.

По словам Эйдена, услышав об этом, все мигом поникли. Эрика, сама пострадавшая при закрытии портала и получившая шрам на груди, безудержно рыдала, не желая отходить от меня. У Оливера ушли часы, чтобы договориться с ней и убедить ее саму пойти отдохнуть. Даже непоколебимая Астрид проронила слезу. Мысленно все уже потеряли надежду. Но не Эйден. Он, не утратив бодрости духа, заявил, что непременно разбудит меня. Однако перед этим перевезет в поместье Даркморов. Эйден был уверен, что никто не сможет позаботиться обо мне лучше, чем моя преданная Нора. «Стены родного дома всегда помогают от любой хвори», – сказал он. И я с ним согласна.

Две недели я провела в постели, не подавая никаких признаков скорого пробуждения. За это время принц Наэль собрал глав кланов и сформировал Совет, который должен был помогать ему в управлении страной. Единолично принимать важные решения он пока побаивался.

Чтобы не поднимать панику, про открытие портала жителям не было сказано и слова. Неожиданное землетрясение объяснили экспериментами ученых-магов. Люди, конечно, поворчали, но быстро успокоились. У всех и без того было полно забот.

После запечатывания портала произошла резкая вспышка заболеваемости аранией. Всего за пару часов она пронеслась, словно вихрь, и поразила сотни людей. Храм Света и все лечебницы были переполнены зараженными. Эрике очень хотелось вмешаться и помочь больным, но Оливер остановил ее от опрометчивого поступка. Заболевших аранией было слишком много, чтобы ее сил хватило на всех, а узнай хотя бы один человек о чудодейственном исцелении от этой болезни, остальные бы точно пришли следом. Подруга понимала, что Оливер прав, но ее душу все равно терзали муки совести.

Не меньше Эрику сейчас заботила судьба ее клана. После побега Аполлона и Михаэля из семейства Лихтнесов осталась лишь она да ее мать, не обладающая магией света. Поскольку Эрика все же планировала выйти замуж за Оливера (правда, свадебное торжество им пришлось отложить на неопределенный срок), Совет принял решение упразднить клан Света, а его земли разделить между близлежащими территориями. Семью подруги постигла та же участь, с которой в прошлой жизни столкнулись и мы – Даркморы. Потому я как никто другой понимала ее чувства.