Качает головой.
Бледный, измазанный в крови, но не сломленный.
В глазах Максима сверкает упрямство, челюсть напряжена и сжата и… и сейчас они безумно похожи с Володей.
– Проводим Юлю? – тихо спрашивает он.
В этом вопросе большее – он словно спрашивает: чью сторону приму я.
Папину или его.
Киваю.
– Конечно. Сейчас вызовем такси.
Притихшая отстраняется и лепечет что-то о том, что не хочет причинять нам неудобств.
Обрываю ее и велю им выбираться на дорогу.
Володя стоит, прислонившись к капоту автомобиля и опустив голову.
Ковыряет носком туфли квелую землю.
– Спасибо, – говорю и останавливаюсь напротив.
Он лишь кивает – не поднимая лица.
– С тобой все будет нормально? – спрашиваю.
– Ага. Как я понимаю, вас провожать не нужно?
Слова наполнены горькой иронией.
Качаю головой:
– Не нужно.
Разворачиваюсь и иду в след за сыном.
Останавливаюсь и, обернувшись говорю:
– Ему нужно время.
Володя поднимает лицо и смотрит на меня: бледный, взъерошенный.
Адреналин и возбуждения столкновения улеглись в нем.
Теперь это только одинокий и… несчастный человек в полумраке осеннего вечера.
Он будто хочет что-то сказать, но… я не даю ему возможности – быстро спешу вслед ребятам.
Еще через полчаса мы порядком испачкавшиеся и усталые подвозим на такси Юлю до дома.
Она живет в частном секторе в небольшом домике.
Благодарит смущено и будто стыдится того, что я вижу то, как она живет, выпархивает из автомобиля и бежит к калитке.
Я смертельно устала.
Чувствую себя загнанной лошадью, которая преодолевает гористую местность – холм за холмом, пригорок за пригорком, возвышенность за возвышенностью.
Только ощущение такое, что бегу я все время вверх, а позади – пропасть.
Остановишься – сорвешься…
Дома расходимся по комнатам, и я падаю лицом в подушку и сразу же проваливаюсь в сон.
Следующее утро встречает ярким лучом солнца, который пробивается между занавесками и игриво будит меня.
Тело ноет от усталости, будто я перетаскала за вчера ни один мешок.
Открываю глаза, заставляю себя подняться с кровати и распахиваю окно – утро просто чудесное.
И против воли, несмотря ни на что, ни на какие обстоятельства – в душе расцветает надежда.
Надежда на то, что мир состоит не только из сумеречной мути и жестокости.
И в нем обязательно есть много хорошего.
Улыбаюсь утру – даже не заставляя себя и иду варит кофе.
– Алиса! Включи песни!
Из динамика раздаются любимые мелодии.
Заглядываю к Максиму в комнату – еще спит.
Ну, пусть поспит – у него еще есть время.
Принимаюсь за завтрак и неожиданно ловлю себя на том, что думаю о Володе.
Все-таки мы оставили его вчера там одного – в сгущающейся темноте, с машиной на которой он заехал в бурелом.
Интересно, как он там?
Беру телефон и набираю сообщение:
«Привет, ты выбрался вчера? Все в порядке? Напиши»
Колеблюсь мгновение и… жму «отправить».
В конце концов, это обычная вежливость – ничего больше.
Нажариваю целую гору оладьев, бужу Максима и бегу на работу.
В привычной офисной рутине сегодня чувствуется какое-то напряжение.
Олег Михайлович встречает меня в нашем кабинете и с порога ошарашивает:
– Идешь со мной на директорское.
– Когда? – выдавливаю я удивленно даже не поздоровавшись.
– Сейчас, Абрамова, сейчас! Давай, погнали – они начинают в восемь тридцать, и опаздывать туда я никак не хочу, уж прости.
Бежим на верхний этаж. Я прижимаю к груди свои заметки и прерывисто дышу от волнения – я впервые буду присутствовать на совещании такого уровня.
И зачем я им там понадобилась.
Еще Олег Михайлович просто пыхтит впереди – нет чтобы объяснить хоть немного зачем и почему, но нет – обычно говорливый, сейчас он предпочитает пыхтеть молча.
Заходим в просторный конференц-зал.
Чувствую себя неуютно пока рассаживаемся.
Мне все кажется, что на меня все странно как-то смотрят…
Глава 32
Вера
Сердце замирает на мгновение и начинает быстро колотиться.
Кажется, где-то в районе горла…
Я присаживаюсь на кресло рядом с Олегом Михайловичем.
Не поднимаю глаз от своих записей и пытаюсь прийти в себя.
Чего это я так разволновалась? Обычное совещание. Пусть и директорское.
Ну и пусть, что здесь все начальники собрались …
Кончики пальцев холодеют, но я упрямо сжимаю губы.
Просторный конференц-зал с полированным столом давит на меня.
Я ловлю на себе взгляды – быстрые, оценивающие.