Она замерла на мгновение, но тут же взяла себя в руки.

— Конечно, — сказала она спокойно. — Они здесь. Я их никуда не убирала.

Она подошла к секретеру, достала знакомую папку и протянула мне. Я взял, раскрыл, пробежал глазами по знакомым страницам. Всё те же имена, те же должности. Всё та же аккуратная, каллиграфическая подпись лорда Блэквуда.

Я смотрел на документы, делая вид, что внимательно изучаю их, а сам думал, как подойти к главному. Потом поднял глаза на сестру.

— Кстати, Катарина, — спросил я как можно небрежнее. — А как звали твоего мужа? Того, который бросил тебя в чужой стране? Напомни.

Она вздрогнула. Едва заметно, но я заметил. В её глазах мелькнуло что-то, страх? Растерянность?

— Зачем тебе? Столько времени прошло… — спросила она, и голос её дрогнул. — Это не имеет значения. Всё в прошлом.

— Всё же, — настаивал я. — Напомни.

Катарина отвернулась к окну. Долгая пауза, напряжённая.

— Лорд Эдвард Блэквуд-младший, — сказала она наконец. — Сын главы Совета. Мы были женаты меньше года. Он оказался… не тем, за кого себя выдавал.

У меня внутри всё оборвалось. Я медленно перевёл взгляд на список, на имя «лорд Эдвард Блэквуд», и рядом — пометка: «Финансирование, связи, организация побега».

— Катарина, — мой голос звучал ровно, но я сам слышал в нём ледяную сталь. — Посмотри сюда.

Я протянул ей документ. Она взяла, пробежала глазами, и я увидел, как краска отливает от её лица. Она стала белой, как тот снег за окном.

— Я… я не знала, — прошептала она.

— Не знала? — я встал, и во мне закипала ярость. — Ты принесла документы, которые обвиняют твоего бывшего мужа в связях с ди Сантисом. Ты знала, что мы их найдём.

— Рихард, послушай…

— Нет, это ты послушай! — рявкнул я. — Ты использовала нас! Ты сыграла на чувствах Элизы, подделала письмо от её брата, чтобы заманить её в тот дом и убедить в подлинности документов! Откуда ты знала точный адрес? А? Откуда, если в письме Тони его не было?

Катарина отшатнулась, прижалась спиной к стене. В её глазах блестели слёзы.

— Я… я просто хотела, чтобы этот монстр сел в тюрьму, — выдохнула она. — Он разорил меня, опозорил, бросил в чужой стране! А его отец прикрывал его, заметал следы, делал вид, что ничего не случилось!

— И ты решила, что наш момент, подходящий? — прорычал я. — Ты втянула нас в это! Ты подставила Элизу, заставила её поверить, что письмо от брата, настоящее! Ты знаешь, как она убивалась по нему⁈ Как она плакала⁈

— Я знаю! — Катарина закрыла лицо руками. — Я знаю, это ужасно, но у меня не было выхода! Блэквуды слишком сильны, их не взять просто так. Мне нужны были союзники, нужен был кто-то, кому поверят. А вы, вы уже были в центре скандала с ди Сантисом, вас знали, вам доверяли…

— И ты решила нами воспользоваться, — закончил я. — Как марионетками.

Она молчала, только плечи её вздрагивали. Я смотрел на неё, на свою сестру, которую только что обрёл и тут же потерял снова. Больше всего бесило даже не то, что она сделала. А то, что она сделала это с Элизой. С моей Элизой, которая и так настрадалась достаточно.

— Письмо, — сказал я жёстко. — То, которое ты отправила Элизе от имени Тони. Оно у тебя, оригинал?

Она кивнула, не поднимая головы.

— В секретере. В нижнем ящике. Там же… там же всё. И поддельные документы.

Я подошёл к секретеру, выдвинул ящик. Внутри лежала стопка бумаг, письма, фотографии, какие-то справки. Среди них, тот самый листок, который я видел у Элизы. Почерк, удивительно похожий на Тони. Даже манера зачёркивать ошибки. Катарина хорошо подготовилась.

— Ты подделала почерк, — констатировал я.

— Я училась этому, когда жила с мужем, — глухо ответила она. — Он любил подделывать документы. Пришлось освоить.

Я взял все бумаги из ящика, подошёл к камину. Катарина вскинула голову.

— Нет! Рихард, там и настоящие улики против Блэквуда!

— Мне плевать на твоего мужа, — ответил я, бросая пачку в огонь. — Я не позволю, чтобы эти фальшивки когда-нибудь использовали против кого-то. Нельзя подставлять людей, даже таких, как твой бывший муж.

Огонь жадно схватил бумагу, языки пламени взметнулись вверх. Катарина смотрела, как горят её многолетние труды, и по щекам её текли слёзы.

— Ты не понимаешь, — прошептала она. — Он монстр. Он заслуживает…