- Нет! - сипит адвокат. - Я все продумал! ВСЕ!!!! Ты и твоя семейка отняли у меня Ленку, отняли семью. В ответ я отниму семью у тебя!
- Какую семью? - выплёвывает Карим. - Ее? Ты же сам знаешь зачем Виктория была мне нужна!
- О да! Сначала! Но потом она стала для тебя немного больше, чем потаскуха отобравшая брата!
- Бред! - рычит Карим и делает ещё пол шага.
А Новиков запрокидывает голову и начинает хохотать.
- Глупый Османов! Как думаешь, кто прислал тебе этот дневник? Кто сам подтолкнул тебя к Виктории? Кто ждал все это время, когда либо ты уничтожишь тварь либо примешь ее?
- Ты??? - мои глаза расширяются.
- Я, - хрипит Новиков мне на ухо. - Все было продумано и просчитано. А мои шпионы в доме Османова точно подсказали момент, когда мне стоит выйти из тени и начать действовать. Я ошибся лишь в одном!
Он прерывисто и хрипло дышит.
- Когда ты надумала сбежать от меня, а потом отказалась писать заявление на мужа! Это был мой просчёт. Но ничего, так даже лучше! Все закончится сегодня.... здесь!!! - Новиков взрывается. Он кричит, визжит, выплёвывая слова. Все, что он так долго держал в себе, вырывается наружу.
Огромными, полными слез глазами я смотрю прямо перед собой.
Все было просчитано с самого начала. У меня не было шансов на счастье. Совсем.
И тут Карим бросается вперёд.
Преодолевает разделяющее нас расстояние за одну-две секунды.
Он стальной хваткой вцепляется в руку Новикова с пистолетом и отводит её в сторону, дальше от меня и малыша.
Другой рукой хватает Новикова за горло.
- Прячься! - рявкает мне Карим, и я на подгибающихся ногах бросаюсь в сторону.
Прячусь за огромным чёрным внедорожником.
Схватка начинается мгновенно. Карим пытается выбить пистолет, но Новиков крепко держит оружие.
Карим бьёт, но Новиков отклоняется. Удар проходится по касательной...
Раздаётся выстрел.
Я не сразу осознаю, что кричу.
В ушах звенит от звука выстрела.
Зажимаю рот двумя руками и осторожно высовываюсь из-за укрытия.
Облачко дыма быстро рассеивается.
Карим яростно наносит удары противнику. И если сначала Новиков еще пытается уворачиваться или сопротивляться. То через минуту уже все кончено.
Он тряпичной куклой оседает в руках моего мужа. Из разбитых губ и носа раздаются только хриплые стоны.
Но Карим не останавливается. Ярость не отпускает его.
Еще один удар. Кулак Карима попадает в челюсть Новикова. Тот шатается.
Еще удар. И Новиков падает без сознания.
Карим медленно наклоняется. Выхватывает из обессиленной руки пистолет, разряжает его, и отбрасывает в сторону.
Тяжело дыша, муж подходит ко мне.
Сердце стучит в груди с утроенной скоростью.
Он садится передо мной на корточки.
Я закусываю губу, чтобы не разрыдаться. Он пережитого ужаса и от облегчения, что все закончилось.
- Ты как? – его голос хриплый.
Я собираюсь сказать, что он успел вовремя, но не успеваю...
Крупные вязкие капли падают на бетонный пол рядом со мной.
Я как заворожённая смотрю, как расползается во все стороны темно бордовое пятно...
- Карим… – шепчу я, и только сейчас понимаю, что дрожу всем телом.
Вскидываю испуганный взгляд на мужа.
Успеваю заметить, как стремительно бледнеет его лицо и закатываются тёмные и такие родные глаза.
И тут же Карим падает прямо мне на руки без сознания...
Глава 61
С трудом разлепляю глаза.
В лицо бьёт холодный белый свет.
Вокруг слишком знакомая обстановка: та же функциональная кровать, те же залюзи на окнах, та же палата в клинике, куда определял меня Карим.
Карим...
Закусываю губу до боли.
Зажмуриваюсь. Белые стены палаты давят, словно бетонная плита.
Внутри звенящая, леденящая пустота, которую нечем заполнить.
Переворачиваю на бок, медленно сажусь, словно кукла, не чувствуя ни тела, ни времени.
По коже ползут мурашки.
Новиков…
Сердце пропускает удар.
Парковка…
Судорожно вдыхаю.
Карим…