Новиков словно стервятник, ждал своего часа. И вот сейчас, перед представителями власти он распушил перья и расправил крылья, собираясь закрыть меня от мужа-деспота. Проблема в том, что я уже поняла, что он сам прогнил насквозь. - Я всё уладил, — он не сбавляет обороты, пытается увести меня из квартиры. - Пойдёмте, Виктория, я отвезу вас в безопасное место. А потом мы напишем заявление... — он кивает кому-то из людей в масках. Тот отдаёт короткий приказ, и Карима грубо толкают к выходу. Всего на секунду наши взгляды встречаются. И я вздрагиваю. Потому что вижу в чёрных глазах мужа решимость и злобу, а ещё уверенность в том, что я всё это подстроила. Угасшая всего несколько минут назад ненависть с новой силой вспыхивает в нём. Он презрительно кривит губы и отворачивается. Перевожу взгляд на Новикова. Смотрю в его серые глаза, вижу, как по тонким губам расползается улыбка победителя. Только сейчас замечаю за его спиной репортёров, что снимают всё происходящее в квартире Карима. Он всё продумал. Стервятник! Я резко выдёргиваю руку из его хватки, передёргиваю плечами и скидываю его светлый, без сомнения, дорогой пиджак на пол и «случайно» наступаю на него. Отчего по лицу Новикова проходит судорога, но он пытается держаться. - Я с вами никуда не поеду, — твёрдо произношу я. Новиков замирает, победная улыбка съезжает с его лица. - Что вы говорите, Виктория? Подумайте хорошенько! Вы же видите, он опасен! Я предлагаю вам защиту, быстрый развод и возможность начать всё с чистого листа. - Защиту? — фыркаю я прямо в камеру, которую проплаченный репортёр суёт мне прямо в лицо. - От моего собственного мужа? Карим, которого крепкие парни в масках уже почти вывели из квартиры, резко останавливается. - Я вообще не понимаю, какое право вы имели врываться к нам в квартиру? Новиков бледнеет. Его ноздри трепещут от ярости. - Карим Османов похитил вас! — рявкает адвокат грубо. - Удерживал силой, угрожал! - Да? — я вскидываю бровь. - Вам, наверное, лучше знать, но я ничего такого не заметила. Репортёры начинают усмехаться и переводят камеры на адвоката, который только яростно вращает глазами. - Подождите! — решительно иду за полицейскими. - Я… я поеду с вами. - Госпожа Османова, — теряется мужчина в форме. - Вам сто́ит переговорить со своим адвокатом... - Обязательно, — киваю в ответ, — как только он подъедет в участок. А сейчас я поеду с мужем. Мне нужно быть рядом с ним. Я буду давать показания. Раз уж это меня «похитили», я же должна что-то пояснить? - Вы имеете право отказаться от дачи показаний против своего мужа, — говорит он неуверенно. - Я не отказываюсь. Я хочу дать показания в его пользу, — отвечаю решительно. Полицейский переводит растерянный взгляд на багровеющего Новикова, неуверенно кивает и выходит. Ловлю на себе раздражённый взгляд адвоката и отчётливо читаю в нём: «Ты пожалеешь об этом, Виктория! Очень пожалеешь!” Но только пожимаю плеча в ответ. Не стоило ему пытаться запереть меня и приставить ко мне конвой. Тогда, возможно, всё было бы по-другому. *** В душном, казённом помещении полицейского участка пахнет хлоркой и дешёвым кофе. Мне предложили жёсткий стул, напротив стола, за которым сидит угрюмый следователь. Карим, с наручниками на запястьях, стоит в другом углу кабинета. - Итак, госпожа Османова, адвокат Новиков утверждает, что ваш муж насильно удерживал вас, лишал свободы и подвергал психологическому давлению, — начинает следователь. Глубоко вдыхаю. - Это неправда. Да, у нас были ссоры, да, у нас сложные отношения. Но Карим никогда меня не похищал и не удерживал силой. Я всегда могла уйти, если бы захотела. Просто… просто я не хотела, — слова даются мне с трудом. Но идти на поводу у Новикова я не собираюсь. Я уже поняла, что Карим для него как красная тряпка для быка и он сделает всё. Что угодно, чтобы уничтожить его. И я сама виновата, что влезла в это. Хотела быстрее обрести свободу и доверилась не тому человеку. Главное, чтобы не было поздно. - Но почему тогда вы обратились к адвокату Новикову для оформления развода? — настойчиво спрашивает следователь. - У нас были проблемы, я хотела решить их юридическим путём. Адвокат Новиков… он повёл себя непрофессионально, и я отказалась от его услуг, — надеялась сказать это бесстрастно, но в конце голос дрогнул. Следователь посмотрит на Карима. - У вас есть что добавить? Карим упрямо молчит и буравит меня стремительно темнеющим взглядом. В его глазах, обычно холодных и непроницаемых, мелькает тень удивления. Не показного, не наигранного, а настоящего изумления. Я знаю, что он не ожидал от меня такого. Думал, что я соглашусь уйти с Новиковым, что буду плакать и давать против него показания. Но нет, дорогой, ты не угадал. Сейчас мне невыгодно, чтобы Новиков выиграл. Потому что он сумасшедший фанатик, который решил не просто растоптать тебя, но и готов причинить тебе боль любой ценой. И участвовать в этом ни прямо, ни косвенно я не хочу. Тем более не хочу быть тем самым орудием мести, которым собрался сделать меня адвокат! Так что ещё немного нам с тобой придётся побыть мужем и женой!