Сейчас важно достать документы.

Потому что все, и даже мой паспорт хранятся у Карима в сейфе в его рабочем кабинете.

А значит мне нужно туда.

Осторожно выскальзываю за дверь.

На цыпочках проскальзываю к лестнице.

В коридоре и в огромном холе горят приглушённые настенные бра. Дом Карима Османова вообще никогда не погружается во тьму.

Мягко ступаю по ступенькам, держусь в густой тени и постоянно прислушиваюсь.

Кажется, дом погрузился в сон.

Слуги разошлись по домам или своим комнатам.

Я в полной темноте и, надеюсь, никем не замеченная добираюсь до кабинета Карима.

Застываю перед дверью и целую минуту уговариваю себя зайти.

Меня воротит только от одного вида двери.

Живот сжимается в спазме. Во рту появляется привкус желчи.

Не хочу!

Но надо!

Выдыхаю, стараясь подавить в себе рвотные позывы и толкаю дверь.Она распахивается бесшумно и пропускает меня внутрь.

Карим настолько самоуверенный, раз не стал запират кабинет? Или есть другая причина?

Делаю шаг, другой... прямо передо мной стоит то самое кресло, на котором сидел Карим, когда две эскортницы...

По телу идет дрожь отвращения. Тошнота становится ярче. На кончике языка ощущаю ее кисловатый привкус.

Закрываю глаза и отшатываюсь.

Задеваю плечом книжный стеллаж. Он пошатывается. И откуда-то с верхней полки прямо на меня падает рамка.

Она больно ударяет меня по макушке, а после летит прямо на пол. С глухим стуком падает на паркет.

Я замираю в ужасе. Мне кажется весь дом слышал это падение.

Но, кажется, никто не торопиться бежать и выгонять меня.

Я выдыхаю.

Наклоняюсь и поднимаю рамку.

Удивительно, но она даже не разбилась. Только краешек откололся.

Сжимаю его в кулачке. Острые грани осколка впиваются мне в ладонь.

Смотрю на фотографию.

Четверо детей. Нет, не так. Четверо парней, подростки и маленький малыш. Все одинаковые, смуглые, кареглазые и черноволосые. У всех один, характерный для Османовых взгляд.

Кто это?

Хмурюсь и вглядываюсь в фотографию. Старая фотобумага, поплывшие цвета, давно не модная одежда. Этой фотографии точно больше двадцати лет.

Снова и снова рассматриваю каждого из мальчишек. Они все удивительно похожи. Но вот этот, старший. Это точно Карим. Стоит мне взглянуть в его глаза, как меня бьет озноб и испуганные мурашки волнами растекаются по телу. Тяжёлый, напряжённый взгляд пятнадцати летнего подростка почти не изменился с годами. Может стал чуточку резче.

Еще двое парней хоть и удивительно похожи на Карима, но совершенно мне не знакомы.

Скорее всего это его братья Замир и Саид. Я не знакома с ними лично, но наслышана.

Но кто четвертый? Племянник? Друг? Родственник?

Перевожу взгляд на мальчика, который кажется совсем крохой среди подростков и он кажется мне смутно знакомым.

Я вглядываюсь и пытаюсь напрячь память. Кажется, что я упускаю что-то очень важное.

Стоит мне ухватить краешек назойливого ускользающего воспоминания, как все встанет на свои места.

Но...

- Никогда не смей входить в мой кабинет и брать мои вещи, - раздается надо мной свирепый рык Карима.

Я не успеваю среагировать, как он выхватывает из моих рук рамку и отталкивает меня со своего пути.

Я отшатываюсь. Наверное, выгляжу смешно или жалко.

Потому что Карим поджимает пухлые пубы и ухмыляется зло.

А я перебираю заплетающимися ногами и раскидываю руки в стороны, стараясь поймать равновесие.

- Что ты здесь забыла, Вики? - рычит он и наступает на меня.

Я вся сжимаюсь от испуга и неожиданности.

Я была уверена, что Карим останется в городе. И совсем никак не думала, что он сможет застать меня на месте «преступления».

- Я... - выдыхаю хрипло, - решила прогуляться перед сном.

- Не ври мне! - рявкает Карим.

Вжимаю голову в плечи и замираю.

Темный, пугающий до дрожи взгляд «мужа» парализует меня. По капле вытягивает из меня волю и желание бороться.