Каэлен рассмеялся, настоящим, счастливым смехом, который я слышала так редко. Он взял Аэлину на руки, а другой обнял меня.

— Да, солнышко, — сказал он, глядя на меня. — Теперь я остаюсь навсегда.

И в аромате яблочного пирога, в тепле родного очага и в объятиях моей новой, неожиданной, но самой настоящей семьи, я наконец-то обрела то, чего так долго искала, даже сама того не осознавая. Не просто свободу. А дом. И любовь, которая этого дома стоит.