Она вздрогнула, словно пойманная на чем-то, и резко остановилась.

— Что? Нет. Все в порядке. Просто… эти тучи. Ужасно давящие. Напоминают мне один неприятный инцидент с извержением вулкана несколько веков назад.

Но это была ложь. Я видела это по тому, как ее взгляд снова и снова непроизвольно скользил в сторону, где по нашим данным должен был находиться командный пункт Кассиана. Ее беспокойство было слишком личным, слишком острым.

— Тебя беспокоит император? — спросила я прямо, не в силах больше терпеть это напряжение.

Ирида замерла. Сначала на ее лице вспыхнуло привычное высокомерие, готовое сжечь меня дотла за такую наглость. Но потом ее плечи сникли, и она снова повернулась к окну, глядя на непроглядную тьму за стеклом.

— Он… упрямый, тупоголовый монумент, — прошептала она, и в ее голосе не было злобы. Была усталость. — Он лезет на рожон, как будто его личная честь может остановить магический шторм. Глупец. Величественный, чертов… глупец.

В ее словах я услышала то, что никогда не ожидала услышать от своей матери — страх. Не за себя, не за нас. За него. За того самого «монумента», которого она всего несколько дней назад сравнивала с садовым гномом.

Я подошла к ней и молча положила руку ей на плечо. Она вздрогнула, но не отстранилась. Мы стояли так, две ведьмы, объединенные не только кровью и общей угрозой, но и новым, тревожным пониманием. Мы обе боялись за тех, кого, по всем нашим вековым правилам, не должны были допускать так близко к сердцу.

— Они оба сильные, — тихо сказала я, глядя в ту же тьму. — Они выживут.

— Они должны, — так же тихо ответила Ирида. — Иначе я никогда не прощу им того, что заставили меня волноваться.

И в этой тишине, под аккомпанемент далекого магического гула, мы ждали. Ждали вестей с границы. Ждали знака от Силены. И ждали, затаив дыхание, чтобы тьма за окном не поглотила тех, кто против своей воли стал для нас чем-то большим, чем просто временным явлением.

Гул за стенами резиденции перерос в оглушительный рев. Я чувствовала, как ломаются наши внешние барьеры — не от грубой силы, а от разъедающей, антимагической пустоты, что несли с собой воины Парадиза. Они подошли вплотную. Сквозь искаженное пространство я видела отблески заклинаний, слышала крики. Армия Садириза отступала, их магия была скована, структура рушилась под натиском чего-то не просто сильного, а чужеродного.

Ирида стояла рядом, ее лицо было сосредоточенным. Мы обе чувствовали это — темную, безжалостную магию, которая подавляла все на своем пути. И мы чувствовали их — Кассиана и Каэлена. Их ауры, обычно такие яркие и мощные, теперь были словно зажаты в тисках, их сила угасала, не в силах противостоять аномалии.

— Довольно, — ровно произнесла Ирида. В ее глазах читалась не ярость, а холодная решимость. — Нам нужна их мощь. Или мы все падем.

Мы понимали, что идти — риск. Но это был расчетливый риск. Без их армии, без их структурированной магии, наша органичная сила могла не выдержать долгой осады.

Я кивнула и направилась в комнату Аэлины. Она сидела на кровати, разбирая клубок светящихся нитей — подарок бабушки.

— Солнышко, нам с бабушкой нужно ненадолго отлучиться, — сказала я, садясь рядом. — Будет очень шумно. Поэтому ты ляжешь спать, крепко-крепко, и проснешься, когда все утихнет.

Она посмотрела на меня своими ясными глазами.

— Вы идете помогать папе?

— Да, — честно ответила я. — Ему нужна наша помощь.

Она серьезно кивнула, как будто это было самое разумное объяснение в мире.

— Хорошо. Я буду спать.

Я наложила на нее сонное заклятье — нежное, но невероятно мощное, рассчитанное ровно на сутки. Ее глазки медленно закрылись, дыхание стало ровным и глубоким. Мы запечатали комнату слоями защитных чар, превратив ее в неприступную крепость в сердце нашей крепости.

— Возвращайся быстро, бусинка, — прошептала я, целуя ее в лоб, и мы вышли навстречу буре.

Война встретила нас адским хаосом. Воздух был густ от дыма и гари. Мы вступили в бой без слов, как единый механизм. Ирида выпускала смертоносные лозы, которые пронзали доспехи Парадиза, а я рвала пространство, создавая разломы, в которые проваливались целые отряды.

Мы пробивались к тому месту, где чувствовали Кассиана и Каэлена. И нашли их в эпицентре сражения. Они стояли спиной к спине, окруженные кольцом воинов Парадиза. Их магия, обычно такая дисциплинированная, металась, не в силах пробить плотную, поглощающую все защиту врага. Над ними сгущалась черная туча — та самая пустота, что являлась к нам в резиденции, только теперь во много раз больше. Она готовилась поглотить их.

Я бросилась вперед, выстраивая барьер, но знала — моих сил не хватит надолго. Ирида пыталась найти слабое место в обороне, но ее чары рассеивались, не достигая цели.