Плотная коричневая бумага фолианта, казалось, хранила в себе тайны веков. Черно-белые рисунки, чертежи, а кое-где и пометки на полях добавляли ему особую ценность. В детстве, когда мама еще была жива, я любила тайком взять книгу и разглядывать эти странные символы. Мечтала, что, как вырасту, поступлю в Академию и поражу всех своей силой и знаниями. Вот только и сила, и знания должны сопровождаться звонкой монетой, если ты хочешь получить магическое образование. А талант без денег никому не нужен – так и осталась я полуграмотной самоучкой. С плохим контролем, пустой головой и никудышной техникой. Зато с огромным желанием отомстить.

Я осторожно открыла книгу на нужной странице. Еще раз пробежала глазами по описанию древнего ритуала, способного создать между мужчиной и женщиной нерушимую связь. Сейчас мало кто решается на магический брак, в наше время он стал большой редкостью. Разве что в некоторых аристократических семьях до сих пор придерживаются этой традиции. Правда, скорее, в целях безопасности, чем от большой любви. Если подумать, я в отличие от них замуж выйду по зову сердца. А то, что сердце кричит о ненависти, не так уж и важно. От любви до ненависти, как известно, один шаг.

– Zer'thak narvoth, yul'thak salim, – начала я читать заклинание, взывая к тайным силам.

Слова, произнесенные мной, звучали уверенно и твердо, как будто я знала их наизусть с самого детства. Комната наполнилась энергией, и я почувствовала, как сила древних ритуалов проникает в каждую клеточку моего тела. Свечи вспыхнули ярче, и в их свете я увидела тени, которые начали двигаться в такт моему речитативу.

– Mord'rakh krathos, voth'rakh zellim…

Голос наполнился силой, и ставни распахнулись, впуская порывы магического ветра. Сквозняк трепал мои волосы, дергал подол платья, но я упрямо продолжала ритуал, чувствуя, как вокруг меня сжимаются кольца чего-то неведомого и очень могущественного.

– Yulnar Milliandra Haliks tar Sion Gattern. Bec noth'rella! – воскликнула я, завершая обряд.

Комната озарилась ярким светом, а воздух, ставший густым и плотным из-за искрившейся в нем магии, словно лопнул от напряжения. Я вскрикнула, почувствовав, как запястье опалила резкая боль, но она быстро отступила, оставив после себя лишь легкое покалывание. С опаской посмотрела на руку: на светлой коже проступила магическая метка, похожая на широкий браслет, сотканный из причудливых узоров. На губах невольно заиграла торжествующая улыбка. Значит, магия меня услышала. И решила, что я в своем праве.

– Что ж, Сион Гаттерн, – довольно проговорила я, любуясь черной вязью, переливающейся в неверном сиянии свечей. – Готовься отрекаться от рода!

***

– Прибежала все-таки, – с ухмылкой заявил Сион, стоя напротив меня в небольшом сквере, примыкающем к Академии. – Долго продержалась, не ожидал.

Хорошо, что мне удалось подловить его утром, когда он еще не был окружен шлейфом из друзей-подпевал и назойливых поклонниц. Я настороженно разглядывала парня – или правильно говорить мужа? – и не понимала его поведения. Вся эта расслабленная поза, руки в карманах, пренебрежительный тон сбивали меня с толку. Разве он не должен был еще три дня назад в панике ворваться ко мне домой, обсыпать проклятьями и угрозами, а затем умолять о разводе? Ритуал сработал, я точно знаю. Почему же Сион не пришел, не поговорил? Почему он так спокоен и… равнодушен?

– Как у тебя дела? – спросила я, стараясь сохранять спокойствие. – Ничего не беспокоит?

Я выразительно посмотрела на его запястье, скрытое рукавом студенческой формы. Но Сион оказался отличным актером. Впрочем, неудивительно: сумел же он обмануть меня раньше своими льстивыми признаниями.

– О чем ты? – Он нахмурился, сделав вид, что не понял странного намека. – Я тебе магических клятв не давал, зря надеешься на откат. Слова, не скрепленные кровью, – это просто слова, они ничего не значат.

– У любых слов есть последствия. Даже если это не заклинания, – ответила я и тоже свела брови.

– Мили, у меня нет желания вести с тобой философские дискуссии. Тем более что, уж прости, ты со своим образованием вряд ли можешь поддержать беседу на моем уровне.

– На твоем точно не смогу.

Я показательно скосила глаза вниз, на землю, где, по моему мнению, находился уровень собеседника. Заметив это, Сион вспыхнул и зло скрипнул зубами.

– В общем, проваливай! У меня много дел!

Он попытался уйти, но я снова преградила ему путь, чем взбесила его окончательно.

– Ты совсем с катушек слетела? Сказал же, проваливай!

– Какой смысл, Сион? – сказала я, не сдвинувшись с места. – Тебе все равно от меня никуда не деться. Ты это прекрасно понимаешь, хватит притворяться!

– Чокнулась? – Он огляделся, будто в поисках зрителей, которые сейчас засмеются над глупой шуткой. Из-за раннего часа сквер пустовал, и Сиону пришлось самому изобразить неуверенный смешок. – Ты кем себя возомнила, убогая?