- А я сочинила… почти сочинила музыку! И она тоже очень чувственная, передающая всю мою боль, - моментально отреагировала линберийка. - Думаю, что милейший король Герхард по достоинству оценит её. Тоже наедине.
- Ваше Величество, - с усмешкой обратилась я к Герхарду, в свете последних новостей перестав играть роль претендентки, - наша с вами прогулка принесла неожиданные плоды. У тонко чувствующих натур, которыми, без сомнения, являются герцогини, родилась песня.
- Песня? - удивлённо переспросил король.
- Да. Слова есть, а музыка почти готова. И это всего лишь за единственный день, который мы провели вместе. Думаю, если выберете меня в качестве бумажной жены, то вскоре Гербийское королевство станет мировой столицей искусств. Каждая наша с вами встреча будет воспета. А после первой совместной ночи и художники со скульпторами подтянутся. Представляете, сколько шедевров родится? Так и вижу... В белом мраморе, естественно, скульптуру в саду : ”Герхард Аварро героически укрощает необузданную Бокори”. Главное - научиться правильно продавать подобные вещи, чтобы основательно пополнить королевскую казну ещё одним источником дохода.
- Какая наглость и неприкрытое хамство! - уже перестав играть, хором воскликнули обе претендентки.
Герард же… Он заржал, нарушив все правила этикета. Смеялся так, что умудрился облить свой камзол соком из бокала. Вслед за ним захихикали и Фурэ с Гелаж, демонстрируя, что и чувство юмора у них очень похоже на королевское.
Замолчал он тоже резко. Вмиг посерьёзнев, Герхард попытался сгладить свой порыв.
- Извините, милые дамы. Это всё последствия вчерашней нервной клетки. Я же ведь тоже эта… Этот… Натура тонкая.
Ту уже чуть было я не захохотала. Но король, видя, что вот-вот начну смеяться, сделал такое умоляющее лицо, что пришлось взять себя в руки. Зато быстро придумала отмазку, чтобы ради развлечения ещё больше позлить герцогинь.
- И не говорите, Ваше Величество. Я тоже никак не могу забыть тот бой, в котором мы вчера участвовали.
- Участвовал король, а не вы, - попыталась внести поправку Гелаж, явно будучи мало осведомлённой о деталях происшествия.
- Не скажите, дражайшая герцогиня, - тут же обломал её Герхард. - Княжна Бокори отважно билась против разбойников и даже спасла мне жизнь. А ещё получила в бою рану.
- А-а-а-а... Э-э-э-э… - только и смогла выдавить Софи, округлив глаза.
- И она ужасно болит! - закатив глаза, с самым скорбным видом заявила я. - Очень жаль, что мой стон вы приняли за усмешку. Никогда не получала столь ужасную рану! Пуля прошла буквально в полуметре от сердца! Ох, кажется, опять болеть начинает…
- Извините, дамы, меня ждут неотложные дела! - скороговоркой проговорил Герхард, вскакивая с кресла.
Он быстро удалился с такой сморщенной физиономией, что у меня не оставалось никаких сомнений: сбежал проржаться. Но обе герцогини по-своему начали трактовать такое выражение лица.
- Княгиня Бокори! - набросилась на меня с обвинениями Нея Фурэ. - Как вы могли так расстроить короля?! Это подло - вызывать у него чувство вины за то, что он не уберёг вас от раны! Так вы платите за гостеприимство? Это шенский обычай такой: добиваться цели любыми методами? Учтите, мы тоже можем!
- Несомненно, в Шенской империи не знакомы с правилами приличия! - поддержала её Гелаж. - Не удивлюсь, если княгиня сама нанесла себе рану, чтобы этот солдафо… милейший король Герхард, почувствовав вину, затащил её на своё ложе! Не выйдет! Оно принадлежит более цивилизованным дамам!
Хотела, пользуясь случаем, что никого нет, сказать этим курицам, на каком шампуре я вертела их “цивилизацию”. Но тут в столовую чуть ли не влетела настороженная тётушка Ирис. Так что пришлось прикусить язык.
- Княгиня, герцогини? - обратилась баронесса Бельфор, подозрительно рассматривая нашу троицу. - Чем могу быть полезна?
- Ах… - вздохнула я, закатив глаза. - Можете. Опять вчерашняя рана даёт о себе знать. Зря я всё же не послушалась вашего мудрого совета и не осталась в постели. Не будете ли вы так любезны проводить меня до покоев?
- Всенепременно, княгиня Бокори, - ответила тётушка Ирис и взяла меня под руку.
Уже в коридоре я перестала ломать комедию. Впрочем, как и баронесса.
- Госпожа Адель, - поинтересовалась она. - Что приключилось на завтраке?
- Да ничего особенного.