- Ну… - немного посомневавшись, решилась я. - Согласна. Чего не сделаешь ради хорошего человека.

- Ради меня?

- Ради себя, Ваше Величество.

- Адель! - рассмеялся Герхард. - Вы неподражаемы! Хотел бы я иметь такую сестру!

- Тоже “бумажную”?

- Слава Единому, такую пакость политики не догадались придумать. Поскучайте немного, пока я отдаю распоряжения. А то так до вечера на дворе проболтаем.

Примерно через полчаса мы всё же двинулись в путь. О, радость! Насчёт верховой езды зря переживала. Конечно, сначала было непривычно, и я всё ждала позорного падения. Но в какой-то момент вдруг почувствовала, что слилась со своим скакуном в единое целое. Будто бы с рождения в седле сидела. Хотя так оно и есть, если учесть, в чьём теле нахожусь.

Успокоившись, стала крутить головой, рассматривая гербийскую столицу. Важно проехав через большую площадь, наша кавалькада резко оказалась на узких кривых улочках. Неуютное чувство они вызывали окошками-бойницами в домах с толстенными каменными стенами, подавляющими серостью.

- Думала, что рядом с дворцом будут дорогие особняки, - поделилась я своими впечатлениями с королём.

- Обычно в иных городах так и есть, - соглашаясь, кивнул он. - Но вы обратили внимание, что в моей столице нет городской стены? Дворцовую не считаем. Она хоть и высокая, но до замковой не дотягивает. Ну и портовые укрепления не считаются.

- Обратила. Очень странно.

- Ничего странного. Когда-то была стена, опоясывающая столицу. Но город стал до такой степени быстро расти, что стена стала мешать, полностью утратив свои защитные функции. Тогда моим предком и было принято мудрое решение. Он создал кварталы, которые являются жилыми, но при этом каждый дом в них представляет маленькую крепость. Враг от порта двинется к дворцу и тут же завязнет на кривых улочках. Ну а сверху из домов их атакуют гербийские воины и городские жители.

Да тут даже из луков или арбалетов стрелять не надо. Просто бросай камни на головы врагов, стоящих плотной толпой. С таким женщина или ребёнок справится. Представьте, Адель, если вон оттуда, - показал Герхард на одно узенькое окошко под самой крышей двухэтажного дома, - вам на голову прилетит увесистый булыжник. Ну, или хотя бы горшок с цветами.

- Не хочу представлять, - поёжилась я, - но допускаю, что шишкой не отделаюсь. Даже шлем не спасёт, наверное.

- Не спасёт, - подтвердил мой спутник.

- Скажите, Герхард, - испытав нехорошее предчувствие, явно навеянное моей соседкой, остановила я коня. - А с герцогинями вы тоже в охотничий домик ездили?

- Да. К чему такой вопрос? Вам это неприятно?

- Не в этом дело. Одной и той же дорогой через город проезжали?

- А чего мудрить?

- Понятно… Дорогой король. Можно попросить вас об огромной услуге?

- Ну… - замялся он, чувствуя подвох. - Смотря каких размеров будет её “огромность”.

- Давайте не поедем в охотничий домик? Мне действительно жутко неприятно, что там до меня были герцогини. Словно за чужими одежду донашиваю. Понимаю, что это всё моя женская взбалмошность, но хочется чего-то своего на свидании с вами.

- Озадачили, Адель. И куда же вы хотите?

- На ваш выбор. Ведь имеете же какие-то памятные, приятные сердцу места, в которые не ступала нога остальных бумажных претенденток?

- Ох уж эти женщины… - вздохнул Герхард. - Адель, я могу вам предложить одно относительно близкое. Но там нет удобств, полагающихся вашему статусу. Встречаются мошки, жуки всякие, и сидеть придётся на траве.

- Первозданная природа? Лучше не придумаешь! - радостно согласилась я. - Герхард! Спасибо! Я вас обожаю!

- Тогда возвращаемся. Это иной выезд из города.

Я облегчённо выдохнула. А наша кавалькада, с трудом развернувшись на неудобной улице, снова направилась в сторону дворца.

Быстро доехав до площади, мы свернули на очередную узкую улочку. Минуть через десять неспешной езды дома-крепости внезапно закончились, и передо мной раскинулся настоящий портовый город с достаточно широкими для средневековья улицами. Дома потеряли уже порядком поднадоевший мне, однотипно суровый вид. Резные ставни на окнах, ухоженные цветники у парадных входов, красные крыши, покрытые черепицей - всё это производило неизгладимое впечатление после серых стен, оставшихся за нашей спиной.

- Какой разительный контраст! - поделилась я своими эмоциями с Герхардом.