Я обнял её, и она расслабилась в моих руках. Я коснулся губами её волос, вдыхая их аромат. Да, этот мир вряд ли позволит нам вечно прятаться в этой глуши. Наши имена уже вплетены в легенды, а в мире всё ещё оставались свои опасности.

Но сейчас, в угасающем свете Асадаля, я был не инструментом богов, а просто человеком, который наконец-то вернулся домой. И пока её рука лежала в моей, тьма внутри меня оставалась лишь тихой тенью, не способной омрачить наш свет.

Иногда в наш городок забредали случайные путники. Они приносили новости из дальних земель, и я, стоя в тени корчмы, часто слышал, как в их разговорах мелькали до боли знакомые слова.

Жнец. Ведьма. Герои.

Жизнь становилась размереннее, обретая забытый спокойный ритм. Мир восстанавливался после того, как Разлом закрылся, и это исцеление чувствовалось даже в воздухе — он сделался легче и прозрачнее. В городах больше не ощущалось того ожидания беды, которое невидимым облаком висело над людьми долгие десятилетия. И хотя Одержимые и демоны никуда не исчезли, существа с тёмным типом души больше не являлись к живым. Они прятались точно так же, как было в моё время.

Иногда я выбиралась на прогулку в городок, примостившийся неподалёку от нашего нового дома. Мне нравилось просто стоять в тени старых, раскидистых лип и наблюдать за тем, как люди учатся наслаждаться жизнью: торговцы с шумом выставляли товары у лавок, на улицах звенели обыденные разговоры о погоде и урожае, а дети затевали игры прямо на центральной площади. Всё это происходило пока ещё с оглядкой, словно израненная реальность проверяла на прочность эту тишину, решая, можно ли ей снова доверять.

В тот день я отправилась туда вместе с Лео. Каин был против, но я больше не могла держать ребёнка взаперти, чтобы скрывать от соседей его суть и наше присутствие. Мальчик по-прежнему носил суровый, костяной лик, скрывающий всё человеческое, поэтому мы схитрили: поверх его истинного обличия надели маскарадную пёструю маску, купленную у бродячего торговца.

Лео шёл рядом со мной спокойно, ступая бесшумно, как и подобало его Ордену. Он то и дело косился на прохожих, сжимая мою руку и боясь, что кто-то посмотрит на него косо или разглядит подделку. Но люди видели лишь хулиганистого ребёнка, погружённого в свою странную игру.

Мы миновали ряд ремесленных лавок, когда я вдруг замерла на месте. Сердце пропустило удар, а ладони мгновенно похолодели. У одного из крепких каменных домов, небрежно прислонившись плечом к столбу, стоял Ноа.

Он смотрел прямо на нас, и в его взгляде было спокойное ожидание. Я сразу поняла: эта встреча не была игрой случая.

Я подошла ближе, а в костях шевельнулось старое, полузабытое напряжение.

— Ты следил за нами? — спросила я вместо приветствия.

Ноа тихо усмехнулся. В уголках его глаз пролегли знакомые морщинки усталости и затаённого тепла.

— Слишком громкое слово, — отозвался он и перевёл задумчивый взгляд на мальчика. — Скорее... я просто ждал подходящего момента.

Лео замер рядом со мной неподвижной тенью, прижавшись к моему бедру. Ноа слегка склонил голову, разглядывая его.

— Здравствуй, маленький Жнец.

— Здравствуйте. Я Лео, — тихо и отстранённо ответил мальчик.

— Мы поселились здесь совсем недавно, — проговорил Ноа буднично, возвращая взгляд на меня и выпрямившись.

— Правда? — Я удивлённо приподняла брови, не ожидая такого соседства. — Решили осесть в такой глуши?

— После случившегося нам всем нужно было место, где можно попробовать начать жизнь заново, — ответил он, и его тон на мгновение утратил напускную лёгкость, став глубоким и серьёзным. — Без золочёных дворцов, интриг и мировых катастроф.

— Звучит на редкость знакомо, — невольно усмехнулась я, вспоминая наши с Каином мотивы.

— Именно поэтому я и подумал, что вы оцените наш выбор. Не зайдёте? — спросил он и сделал приглашающий жест вглубь улицы, туда, где дома стояли чуть просторнее.

Я колебалась лишь секунду, прежде чем кивнуть. Ноа молча повёл нас по петляющим улочкам к самой окраине, где город уже начинал переходить в цветущие луга. Вскоре он остановился у добротного двухэтажного дома. Толкнув тяжёлую дверь, он гостеприимно распахнул её перед нами.

Внутри оказалось удивительно уютно и светло: простая мебель, лучи полуденного солнца, танцующие на чисто вымытом деревянном полу, и густой, обволакивающий запах свежеиспечённого хлеба и тушёного мяса. Всё здесь выглядело живым, настоящим и до боли умиротворённым.

Я мягко стянула с Лео маскарадную маску и отложила на тумбу. Здесь, в этих стенах, скрывать его суть не было смысла. В гостиной нас уже поджидали Виолетта и Даниэлла.