Ашер продолжил мерить комнату широкими шагами, и в этот момент дверь наконец приоткрылась. На пороге появилась Мирослава.

Он застыл. Всё раздражение вдруг растаяло. Дракон уставился на девушку, и в груди что-то дрогнуло. Какая же она была… красивая. Изящная, как тонкий клинок, скрывающий смертоносную силу. Загадочная, словно тайна, над которой он ломал голову. Восхитительная до дрожи.

Ашер вдруг почувствовал, как желание, дикое и обжигающее, прокатилось по его телу. Сердце сорвалось с ритма, пальцы невольно дрогнули. Он не мог поверить: это было настоящее влечение. Неподвластное воле, глубокое, разрушающее изнутри. Но ведь так не бывает! Она — чужая истинная. С такими можно играть, можно желать их тела, можно провести ночь. Но этого… этого жгучего притяжения быть не должно!

Ашер резко оборвал молчание:

— Почему так долго? — голос его прозвучал слишком резко.

Мирослава вздрогнула, но тут же отвела взгляд, ответив приглушенно, но дерзко:

— У меня есть обязанности в этом поместье, которыми я не смею пренебрегать…

Его раздражение вспыхнуло снова. Он шагнул ближе. Она отступила. Он шагнул ещё — и вот уже спиной она прижата к стене.

Ашер навис над ней, и в груди затрепетал огонь. Он слышал её дыхание — прерывистое, частое. Чувствовал её тепло. Его собственная магия вспыхнула яркими красками, вихрями пронеслась по венам. Дракон внутри встрепенулся, начал рваться наружу.

— Ах ты, маленький дерзкий цветок, — прошептал он дразняще, пальцами коснувшись её щеки. — Сорвать бы тебя прямо сейчас…

Мирослава задрожала, но не отвела взгляда. Её глаза вспыхнули искрами неприкрытого осуждения, и от этого в Ашере взорвалась буря.

Он замер. Его дыхание участилось. Голова закружилась от наплыва чувств…

Нет, это всё нонсенс! Она не его истинная, чтобы он так терял голову!

Или же… драконница использует приворотное средство!

Иначе как объяснить, что его тянет к ней так невыносимо? Чужая истинная не могла будить в нём такого огня. Это было противоестественно и глупо…

Ашер отшатнулся на шаг, в глазах мелькнула опасная искра.

— Так значит… — прошипел он гневно. — Строишь из себя недотрогу. А сама пользуешься запрещёнными средствами???

Мирослава посмотрел на него недоуменно, а он больше ей не верил.

Но с другой стороны… если ее холодность — это просто игра, устроенная только для того, чтобы распалить в нем неистовое желание, значит… он может сделать с ней всё, что угодно!

Это мысль неожиданно показалась приятной.

Приворотные средства для драконов были запрещены в королевстве. Много преступлений было совершено на почве их использования, но тайно ими пользовались очень многие.

Проблема состояла в том, что дракон, введённый в заблуждение, становился буквально рабом того, кто им манипулировал. Другими словами, Мирослава собиралась сделать из него раба. Раба, которым можно управлять. Любое её желание могло быть исполнено.

И это раздражало больше всего. Нет, он не станет рабом. Он сам возымеет над ней власть. И тогда все его цели будут достигнуты.

Приворотное средство представляло собой амулет, который тайно прятали где-то на теле. Иногда его приклеивали к коже в самых интимных местах, чтобы его невозможно было заметить. Иногда прятали в волосах. Но у Мирославы была слишком простая причёска, чтобы амулет мог там скрываться.

Поэтому Ашер немедленно запер дверь и, хищно улыбнувшись, приказал:

— Раздевайся.

— Что?! — Мирослава вспыхнула и посмотрела на него с ужасом. — И не подумаю!

Ашер только рассмеялся.

— Тогда давай его сюда.

— Что давать? — не поняла она.

— Доставай своё приворотное. Я знаю, что дело в нём. Ты разоблачена. Больше не нужно притворяться.

Она помрачнела и смотрела на него с непониманием, таким искренним, что он даже восхитился.

— Надо же, какая актриса!

— Я не понимаю, о чём вы говорите, — произнесла она, наконец, сохранив ледяное выражение на лице…

Глава 32. Я так не оставлю...

— Не понимаешь? — Ашер рассматривал меня горящими от гнева и насмешки глазами.

Я сжала пальцы в кулаки, понимая, что оказалась в очень нехорошей ситуации. Придётся, наверное, щеголять силой Магика, если не удастся отбиться от Ашера просто словами.

В чём он там меня обвинял? Что я ношу какой-то приворотный амулет на себе? Что за бред? Или таким образом он пытается оправдать свою похоть?

Негодование плескалось в душе, требуя наказать гнусного дракона.

Но в этот момент в дверь настойчиво постучали, и мужской голос из коридора произнёс:

— Господин, вы просили сообщить, когда бродяга очнётся. Он очнулся. Вы будете разговаривать с ним?

Я встрепенулась. Речь идёт о том раненом драконе?

Ашер скривился, а после метнул на меня презрительный взгляд.