Реклама лорда Трейса меня не проняла, зато взгляд Илариона пробирал до самых костей.

— Надеюсь, что оставшаяся часть Отбора пройдет гладко и никаких задержек больше не последует, — наконец закончил свою речь Фердинанд и устроился на стуле-троне.

Девушки в зале восторженно зашептались, а фаворитки за главным столом наперебой кинулись знакомиться с новым распорядителем.

Уж он как никто другой сможет подсказать им выгодного жениха — а, возможно, даже познакомить. И в отличие от высокомерного Рамона, Сильвен кивал и искренне улыбался лживым комплиментам.

Держать лицо он умел получше, чем коротыш.

Единственный, кого не обрадовала смена организатора, был Арсо.

Судя по злобному взгляду, Эвелиус уже был знаком с лордом Трейсом. А судя по тому, как он кривился, наш декан его явно недолюбливал. А возможно, и вовсе метил на его место при дворе.

Но это были мои догадки. И меньшее, о чём стоит думать Юляше, — карьерные амбиции Эвелиуса Арсо.

Особенно учитывая то, как пристально и открыто за мной наблюдал Главный Инквизитор.

Что-то подсказывает, что этот холодящий душу взгляд — вовсе не оттого, что Иларион воспылал страстью к юной ассистентке принца.

Он хотел забраться ко мне в голову. И, к счастью, пока это не удавалось.

Также вполне вероятно, что Император прислал его наблюдать не только за порядком. Но и проверить ассистентку, которая внезапно забралась в постель к младшему брату. И очень удачно отравилась хитирусом накануне Отбора.

По крайней мере, на его месте я поступила бы именно так. Уж слишком разительные перемены произошли с Юлианной за короткий срок.

Стараясь не замечать чужие взгляды, я делала вид, что ем, с трудом запихивая в себя подобие сладкой манной каши, превращенной в желе.

Ничего более отвратительного повар Императора еще не готовил.

Хотя нет — был в первый день печёночный паштет с сладким соусом. Любимое блюдо монарших особ, от одного воспоминания о котором меня начинало мутить.

— За время, пока вас не было, я повторил с претендентками основные танцы, Ваше Высочество. Если желаете, вечером можем устроить репетицию. Нехорошо, если леди от нервов оконфузятся перед Императором, — нарочно громко сказал Арсо, и чай, который я пила, чуть не пошел носом.

Приложив к губам салфетку, я уставилась на чайник напротив.

Из всех существующих танцев в памяти нашёлся только школьный вальс на выпускном. И воспоминания эти были весьма плачевными. Во время репетиций, я регулярно оттаптывала ноги Пухлику — единственному, кто согласился со мной танцевать.

Если бы не золотая медаль и постоянная помощь одноклассникам, меня бы давно загнобили в школе. Одно время из-за неудачного танца на дискотеке мне даже придумали прозвище “Каракатица”.

К счастью, ненадолго. Итоговые экзамены и контрольные быстро напомнили, кто в классе медалистка — и я снова стала “Юляша, помоги”.

Шпаргалки, подсказки и даже решённые на коленке контрольные. Это спасло меня, мою психику и воспоминания о школьном времени.

Но вот минуту позора во время прощального вальса и красное лицо Пухлика, я не забуду никогда.

Пока я с ужасом замерла, вспоминая школьные годы, Фердинанд и Арсо обсуждали репетицию банкета.

— Сегодня не выйдет, нужно подготовить зал. Расставить столы и составить программу, — поставил финальную точку в разговоре лорд Трейс.

Понимая, что пытка откладывается, я выдохнула — и, кажется, сделала это недостаточно тихо.

Погружаясь в воспоминания, я совершенно забыла, что за мной наблюдают.

Зато наблюдатель не забыл обо мне.

— О, ну что вы, леди Свон, не расстраивайтесь. Для подготовки мне понадобится всего день-другой. Вы ещё успеете показать своё мастерство на паркете, — прозвучал ехидный голос декана Арсо. — Ведь мои занятия вы упрямо игнорировали. Во время учёбы бегали на свидания к лорду Пруту, а во время Отбора прохлаждались в своей комнате или вместе с ведьмами.

Так вот почему заносчивый гад не любил Юлианну.

Вместо учёбы она вовсю наслаждалась своей влюбленностью. И, судя по хмурому виду Фердинанда, он об этом не знал.

Или же чудище напрягся из-за напоминания о том, что Юлианна была невестой друга?

В любом случае, один урок за время Отбора я усвоила: со скользкими гадами лучше не спорить. Чем больше я буду огрызаться, тем сильнее это раззадорит Арсо.

Выбрав уже привычную тактику, которая работала все эти дни, я сделала вид, что ничего не слышала, и продолжила пить чай.

Как правило, это убавляло запал Эвелиуса — он быстро переключался на других финалисток и продолжал делать вид, что меня не существует.

Сегодня тоже сработало бы. Однако за столом была ещё одна гадина.