А потом я вспомнила: эта дама, вероятно, опоила Фердинанда зельем.

Пусть даже он иногда хам и чудище — но спустя столько лет мстить публично? Иначе как безумством это не назовёшь.

— Не поздновато ли она решила вернуть долг? — уточнила я.

Моника вздохнула:

— Ее муж недавно отошёл. А тут – отбор. Её выдали замуж за неделю, по указке Императора. За первого, кто согласился. Быстро. Тихо. Даже не спросив. А Фердинанд… просто исчез. Даже не попытался её защитить от гнева брата и отца. Он предал её тем, что сдался. Теперь она хочет, чтобы он заплатил.

— И чем же она ему напакостит, сорвав отбор? Чудище и так не хочет жениться, — я опять не поняла мотивы ведьмы.

Ну отменят отбор.

Ну женится Фердинанд на той, на кого укажет брат — без права выбора.

Или в этом и план? Ей не позволили выбирать — и ему так же не позволят.

Но моя версия немного отличалась от версии Моники.

— Она сама не знает, чего добивается. Сюда пришла – напомнить принцу, что обида ещё не утихла. А что именно Констанция задумала – не знает даже Пресветлый. Но на твоём месте я бы держалась подальше от обоих.

— Иначе попаду под перекрёстный огонь, — тихо пробормотала я себе под нос, а ведьма вопросительно вздернула бровь. — Я поняла – не лезть к злой ведьме, — перевела на понятный язык.

Моника кивнула.

А потом она сжала мою руку и посмотрела в глаза:

— Ты как никто должна ее понять. Если бы Николас не предал Юлианну – тебя бы тут не было. Иногда злость и отчаяние толкают на безумство, — попыталась оправдать свою родственницу.

Я замолчала. Потому что… ну да.

Если бы не предательство — бедная Юлианна не пыталась бы бежать. Её точно так же попытаются выдать за первого побогаче. И всё — из-за лучшего друга нашего прынца.

Да уж. Желание отомстить способно затуманить разум.

Особенно если у тебя есть магия… и повод.

Однако методы, которыми действует ведьма, приносят больше вреда, чем пользы.

Фердинанд не пострадал.

А вот если бы он ошибся комнатой и попал не ко мне…

Спорить с Моникой я не стала. Всё же Констанция, пусть и безумная, но её родня.

А вот к сведению её рассказ приняла.

Со сцены нужно уходить.

Наблюдение с первого ряда с каждым днём всё больше напоминало одну из главных ролей.

Это опасно — и не только из-за ведьмы.

Меньшее, что мне сейчас нужно, — это лишнее внимание.

Осталось понять, на кого это внимание переключить.

Как отвлечь от себя взгляды сразу всех — и злодеев, и героев?

Правильно!

Ввести нового игрока.

Точнее — найти Фердинанду фаворитку, способную отвести от меня все подозрения, мысли и пристальное внимание.

Чудище, конечно, жаль. Но жаль и ту, что пала под коварством его чар.

Раз уж он — второй наследник Империи, должен был понимать, что нет смысла морочить ведьме голову. Теперь пусть расхлебывает последствия.

А я хочу наблюдать за этим со стороны, а не активно участвовать.

С этой безумной идеей я покинула активно сочувствующую подругу и направилась в общежитие, где жили те самые невесты.

К счастью, после всех проверок и приключений испытание всё-таки перенесли.

Девушки были настолько взволнованы ранним подъёмом, что к вечеру у целителя прибавилось работы — и Рамон принял волевое решение.

Испытание проведут через несколько дней, точнее — в конце недели. Девушки освоятся, Арсо проведёт им экскурсию по Академии, а на комнатах не спеша установят защиту.

Так, чтобы наверняка: никто не вошёл, никто не вышел, и сработала сигнализация.

Учли также пожелания принца — и заблокировали окна.

Что ж, теперь, если Фердинанд вдруг решит прогуляться на этаж под зельем, придраться будет не к чему.

Оно и к лучшему. Мне одного визита хватило с головой, а другая — молчать не станет даже за золото.

Пусть теперь проверяет, что пьёт и где.

В целом три дня пролетели почти спокойно. Хотя нет — скорее, без новых сюрпризов.

Рамон и Эвелиус развлекали претенденток. Я изображала ассистентку принца.

Предсказуемо уже следующим утром, когда всех отправили к Арсо, меня отправили выполнять свои обязанности.

Предсказуемо чудище изображало ледяную глыбу и делало вид, что ничего этакого не было.

Только о моих условиях он, словно невзначай, обмолвился. Мол, на поиски дома мне нужна неделя, а жалованье увеличат, как только я определюсь с суммой.

Об условии с бородой и ведьмами он, конечно, промолчал. Словно ничего не слышал.

Что ж, и на том спасибо. Ничего другого я не ждала.

Сделав вид, что от меня не откупились как от уличной девушки, я продолжала работать.