Так мы и стояли. Точнее, я стояла, как статуя, а они сидели.

Молчание затягивалось, я по привычке изучала ворсистый ковёр, не спеша раскаиваться.

Наоборот, появилось желание напомнить Фердинанду, что он, вообще-то, ректор, и у него дела.

Первым, как ни странно, нарушил молчание новый распорядитель:

— Итак, вы умеете танцевать ривентар? — тихо спросил лорд Трейс.

Я даже повернулась к мужчине.

В отличие от взгляда Рамона, по его глазам нельзя было ничего понять. А на лице было скорее любопытство, чем пренебрежение или брезгливость, которой меня встречал коротыш.

Что ж, врать не было смысла.

Покачав головой, я честно призналась:

— Нет, я соврала. Арсо не жалует меня ещё со времён учёбы. Глупо платить за уроки, которые он превратит в моё публичное унижение.

Мужчина улыбнулся и посмотрел на сидевшего рядом Инквизитора.

Лорд Вельцер утвердительно кивнул:

— Наша леди Свон всё же решила говорить правду, — тихо сказал он, переводя взгляд на Фердинанда.

Проследив за его взглядом, я столкнулась с теми же недовольными чёрными глазами.

В отличие от своих гостей, принц всё ещё был на меня зол. Очередной раз — и снова непонятно на что.

— Она не оставила мне выбора, — с намёком сказала я ректору, и он поднял руку, прищурился и посмотрел ещё строже.

Если чудище и доверял своим гостям, то не настолько, чтобы при них я могла плохо отзываться о его невесте.

Сегодняшняя шалость фиалки, кажется, сойдёт ей с рук. Или же она просто не нарушила планов самого ректора — а потому пусть девочка тренируется.

Внутри тихо звенело негодование, ректор сверлил меня недовольным взглядом, а я молча комкала пальцами подол.

Я банально не понимала, как себя вести и чего вообще от меня хотят.

— У вас есть список заданий на сегодня? — сухо спросила, когда молчание снова затянулось.

Вместо привычного листа с поручениями, в ответ прозвенел странный вопрос:

— Зал для тренировок на факультете защитных чар пустует. Артефакт у вас при себе, Сильвен? — спросило чудище.

— Да, я думаю, у нас есть по меньшей мере три-четыре дня. Для всей программы этого мало, но мы выучим основы. Думаю, с помощью лорда Вельцера дело пойдёт быстрее. А потом вы подкорректируете недочеты в процессе, — с улыбкой ответил лорд Трейс, точно понимая, о чём идёт речь.

И не только он.

Иларион, сидевший рядом, тоже всё понял — и скривился.

— Предлагаете играть в няньку вместо того, чтобы следить за остальными? — недовольно отозвался Главный Инквизитор.

Ответным взглядом Фердинанда можно было жечь костры, но Инквизитора, как и прежде, это не пугало.

— Ты знаешь, зачем ты тут, Иларион. Не заставляй повторять, — холодно сказал он.

Иларион хмыкнул и закатил глаза.

Пока два упрямых менталиста мерялись взглядами, обо мне как-то удачно забыли.

Ненадолго.

Ректор и Инквизитор закончили вести безмолвный магический спор, и лорд Вельцер недовольно фыркнул:

— Ладно. Но перед Императором ты сам будешь отвечать за последствия. Чтобы потом не предъявляли мне претензии, — выплюнул он и обиженно сложил руки на груди.

На этом странный поединок упрямства закончился, и я оглядела хмурых мужчин.

Все трое как-то недобро посмотрели на меня.

— У меня нет при себе левитирующего артефакта, — прошептала, пятясь к двери.

Иларион снова фыркнул, лорд Трейс натянуто улыбнулся, а чудище обреченно вздохнул.

— С этого дня у нас новые правила, — так же сухо объявил он.

Как и в прошлый раз, правила мне не понравились.

До того момента, как выберут финалисток, лорд Трейс и лорд Вельцер становились моими няньками. И да — Иларион сразу понял, что о ривентаре я соврала.

Ну и, конечно, настоятельно посоветовали говорить Инквизитору только правду. Мол, и без того, чтобы залезть в голову, Главный Инквизитор видит меня насквозь — и врать только делать себе хуже.

Что ж, не знаю, что он там видит, но делать испуганный вид не пришлось. Опустив глазки, я покорно слушала план своих мучений.

В перерывах между трапезами в столовой меня будут учить манерам, танцам и придворному этикету. Завтра лорд Трейс обещал вызвать модистку и подшить платье, которое уже приготовил, а потом — и ювелира, который подберет украшения.

Я должна попасть в финал, и ради этого принц даже освободил меня от обязанностей носить ему документы, обед и чай.

Очень щедро с его стороны — если не учитывать тот факт, что большая часть адептов и преподавателей сейчас на выездных практиках, а обедает он в столовой с фаворитками.

Таким образом, вся работа состояла из его накопившихся отчётов, с которыми и так придется справляться самому.