Я, значит, к нему в постель забралась, да?

Две казни, значит, да? Ну что ж, три для комплекта меня устроят.

Магия вырвалась быстрее, чем я поняла, чего именно хочу.

Толстый прутик с размаху шлёпнул ректора по заднице, потом обвил ногу, и в следующее мгновение рычащее чудище повис вверх головой.

— Ты с ума сошла, ведьма?! — рыкнул он, тут же отбиваясь от карагана и спрыгнув на землю.

— А что такого? Я же ведьма, забыл? Это же я — злая коварная Юлианна — затянула в постель бедного тридцатипятилетнего дитятку. Правда ведь? — язвила я, медленно отступая.

Угрожающе сверкая глазами, мой бывший любовник шагал следом.

Несколько раз он пытался связать меня магией, но тут же караган в ответ обвивал его руку.

Ректор рычал, но злить своего питомца не спешил. Обещал мне взглядом скорую расправу и загонял, как мышь по лабиринту.

Он-то наверняка знал, куда мы идём.

— Знаешь, в моих снах ты был более приятным и более способным, — продолжала я злить чудище.

Чёрная бровь принца вопросительно изогнулась. Кажется, здесь не привыкли к тому, чтобы обсуждать такие “способности”.

Но и тут он быстро нашёлся с ответом.

— Стоило ещё тогда всё проверить. Тот рассказ вовсе не был выдумкой, и если бы не твои фокусы, я бы всё понял.

— Это был не сон, — почти простонала я, и ректор улыбнулся.

— Нет, это была ментальная связь. А мне не стоило всё списывать на твоё общение с Моникой.

— Мг, а ещё точнее – тебе не стоило тянуть меня в свою спальню по любому поводу. Отдал бы золото сразу, и я бы уехала. Но что-то ты не слишком спешил меня отпускать. М, Ваше Высочество? Что изменилось?

— То, что есть разница: ты просто юная девушка со странностями, которые меня забавляют, или же ты опасное существо! — выпалил ректор и замер.

Не маг, не ведьма, не захватчица — существо.

Так вот кем он меня считает?

Это было будто удар под дых. Не знаю, чего я ждала и на что надеялась.

Что если он не казнил меня сразу — значит, есть шанс. Что он мне поможет. Или что? Что он влюбился настолько, что больше не важно, кто я и откуда.

Надеялась на то, чему не суждено было случиться.

— Существо, — повторила я, чувствуя, что слабеют руки.

Он медлил не потому, что привязался, не потому, что давал кучу обещаний, которые не собирался выполнять.

А потому что это “опасное существо” находилось во дворце, в королевском крыле, на королевском балу — и никто не заметил опасности.

Он думал, как выгородить себя. Ведь Император наверняка знал, что я была в постели брата. И даже тогда он ничего не заметил.

Чудище переживало, что пошатнется его репутация, когда всплывет, что больше года на него работала ведьма и никто ничего не понял. Опасный прецедент. Очень опасный.

Пятясь назад, я смотрела в глаза Фердинанда так, будто видела впервые. И, наверное, только сегодня я увидела его впервые.

Не чудище, которое заботилось о бывшей невесте друга. Не того, кто испытывал симпатию к ассистентке. Не принца, играющего в придворные игры.

Передо мной стоял монстр: безэмоциональный, расчетливый и опасный.

Теперь я понимала, почему Иларион и Сильвен его боятся. Любовь и обещания забываются так же легко, как и даются.

— Я облегчу вашу участь, принц. Проще всего скрыть свой позор так же, как это делают все подлецы: ударить по голове и скинуть меня в реку. Вам, может, даже посочувствуют. Потеряли такую ценную участницу и незаменимую ассистентку. Годфри Свон не будет болтать – это не в его интересах, — сказала я, пошатываясь и продолжая отступать назад.

Будто по невидимому приказу караган зашелестел и расступился. За моей спиной показался проход к той самой реке.

Чудище решило воспользоваться моей идеей?

Или полуразумный кустик подумал, что у нас такие игры?

Неважно. Я отступала к воде. Фердинанд медленно шёл следом.

Только на краю утёса мы замерли, продолжая сверлить друг друга взглядом.

Мне некуда было бежать, а принц смотрел на жертву и чего-то ждал. А может, так же, как и Мишель, растягивал удовольствие, наслаждаясь чужим страхом и беспомощностью.

Несколько минут чудище прожигало меня глазами, а я смотрела на бурлившую внизу реку, прикидывая шансы.

Выжить в таком ледяном потоке практически невозможно.

Даже если я сразу не утону, то быстро замерзну — ведь выбраться к берегу не смогу. Слишком холодно и слишком сильное течение. А ещё — Юлианна не умеет плавать, да и тяжёлое платье утянет вниз.

Спустя ещё пару минут принцу надоело наблюдать. Он шагнул ко мне, а я на автомате попятилась назад. Вот только нога ушла в пустоту, и я почти полетела вниз.

Полетела бы, если бы не резкий рывок и железная хватка на талии.