Я снова и снова пыталась нащупать внутри ту искру, которая превратила меня в монстра. «Ну же! Хоть каплю пламени! Хоть один рык!» Но в ответ — лишь тишина и слабость, разливающаяся по телу. Себастьян подал знак командиру наёмников, и тот поднял клинок для команды к атаке. В этот момент небо над нами потемнело — на солнце внезапно набежала грозовая туча, хотя утро было ясным.

Мечи наёмников сверкнули, замирая в дюйме от груди Хорста. Себастьян, чувствуя близость триумфа, вышел вперёд. Его лицо, когда-то казавшееся мне красивым, теперь напоминало маску стервятника.

— Схватите её! — взвизгнул он, и его голос сорвался на хрип. — Грязная полукровка, чудовище в женском обличье! Ты думала, что избавилась от меня и стала хозяйкой? Ты — ничто, Амелия. Пустое место, которое не годится даже для того, чтобы согреть постель!

Братья Вейн дружно расхохотались, и этот смех, хлёсткий и самодовольный, ударил меня сильнее, чем обвал. Но я не отвела взгляда. Тело дрожало, внутри всё горело, а к горлу подступала желчь, но я заставила себя сделать шаг вперёд, отодвигая плечо Хорста.

— Смейтесь, — мой голос был тихим, но в наступившей тишине он прозвучал как удар колокола. — Смейтесь, пока у вас ещё есть головы на плечах.

Обвела взглядом баронов, игнорируя беснующегося Себастьяна.

— У вас есть один шанс уйти отсюда живыми. Схватите этого вора, — указала я на Себастьяна, — и я обещаю, что ваши имена исчезнут из списка должников. Я даже прощу вам соучастие в воровстве и нападении.

Барон Торн перестал смеяться, и его рыхлое лицо вытянулось. Себастьян же зашёлся в лающем хохоте:

— Ты предлагаешь им милость? Ты? Оборванная девка, у которой нет даже платья, чтобы прикрыться? Бароны, кончайте с ней!

— Подумайте хорошо! — перебила я, вкладывая в слова остатки своей воли. — Себастьян никогда не станет лордом Блэкстоуна. Никогда! Я больше не назову его мужем, а без моего слова и моей крови его притязания — пыль под ногами. Если вы убьёте меня или плените, то станете не союзниками нового лорда, а обычными захватчиками.

Я видела, как братья Вейн взволнованно переглянулись, а Торн нервно поправил перевязь меча. Посеянное зерно сомнения начало прорастать.

— Герцог не закроет на это глаза, — уверенно продолжала я, чеканя каждое слово. — Как только весть о нападении на графиню Блэкстоун достигнет столицы, сюда выдвинутся его рыцари. Себастьяна объявят вне закона и вздёрнут на первой же осине. А что будет с вами? Графство отойдёт герцогу как выморочное имущество. Его дознаватели перевернут каждую книгу, каждый ваш амбар! И тогда все ваши махинации, каждый недоплаченный медяк и украденный мешок зерна всплывут наружу. Вы закончите жизнь в долговой яме, если не на эшафоте.

Себастьян дёрнулся, как от удара, и воскликнул:

— Она лжёт! Герцог далеко! Мы успеем всё сжечь!

— Не успеете, — отрезала я, глядя прямо в глаза барону Торну. — Документы в надёжном месте, вам их не найти. К тому же… мои люди здесь — свидетели. Весь Блэкстоун знает правду. Вы готовы рискнуть своими головами ради человека, который добровольно отдал свою жену Повелителю драконов по праву первой ночи, а потом обвинил в измене? Готовы отдать жизнь за того, кто завтра так же легко предаст и вас?

Наступила мёртвая тишина. Было слышно лишь, как тяжело дышат израненные шахтёры и как поскрипывает кожа сёдел. Бароны снова переглянулись. В глазах Торна блеснул холодный расчёт. Себастьян занервничал. Он явно почувствовал, что почва уходит у него из-под ног.

— Торн? Вейн? Да что с вами! — заорал он, выхватывая меч. — Убейте её сами, если ваши псы боятся!

Но барон Торн медленно поднял руку, останавливая наёмников.

— Подожди, Себастьян, — вкрадчиво произнёс он. — Леди Амелия говорит разумные вещи. Нам не нужна война с герцогом. И уж тем более нам не нужен лорд, который не может справиться даже с собственной женой.

— Что⁈ — Себастьян осёкся, его лицо побледнело до синевы.

— Похоже, нам действительно стоит обсудить условия нашего прощения с законной графиней, — поддержал Торна один из братьев Вейн.

Лицо Себастьяна, искажённое гримасой ярости, вдруг разгладилось. Он коротко, лающе рассмеялся, глядя на замерших в нерешительности баронов.

— Вы забыли, с кем я вас познакомил в таверне? — прошипел он, обводя взглядом Торна и Вейнов. — Закон будет на моей стороне!

Он обернулся к лесу и махнул рукой. Из-за деревьев выехала закрытая карета, запряжённая парой уставших лошадей. Дверца распахнулась, и на землю, поддерживаемая слугами, ступила женщина.

Я почувствовала, как по спине пробежал липкий холод.

— Тётя⁈