— Пиздец, — выдохнула я, сжимая зубы, чтобы не вырвало снова. Я отвернулась от кровавой картины, вглядываясь в коридор. Он был таким же безликим, как и наша камера — стены из тёмного, грубого металла, потолок, уходящий в полумрак. По обе стороны — одинаковые, массивные двери без опознавательных знаков. На полу, под слоем вековой пыли, чётко виднелись свежие следы — разводы от ботинок, ведущие в одну сторону. Тусклые лампы тянулись бесконечной линией и терялись за поворотом. Холод здесь был таким же всепроникающим, высасывающим последние силы.

— Бери бластеры, — голос Энора был ровным. Он уже переворачивал того, первого, что был под простынёй. Простынь слетела, открыв бледное, искажённое лицо. Энор, не моргнув глазом, с силой вогнал острый край ламели ему в горло. Ещё один сдавленный хрип, ещё одна струйка крови.

— Блять! — вскрикнула я, и на этот раз сдержаться не удалось. Я отвернулась, и горло спазмом выплюнуло на пол жёлтую, горькую желчь. Слёзы текли сами, смешиваясь со слюной и кровью на моём лице.

— Юля, девочка, у нас нет времени, — Энор говорил быстро, снимая с поясов мёртвых бластеры, проверяя заряды. Его руки двигались уверенно, но я видела, как они слегка дрожат. — Силия уже зовёт подмогу. Надо двигаться.

— Угу, — кивнула я, вытирая рот тыльной стороной руки. Отвращение и ужас сковывали всё внутри. — Зачем… зачем ты его добил? Он же был без сознания…

— Чтобы он не очнулся и не добил потом нас, — его ответ прозвучал хрипло, но без колебаний. Я всё понимала. Логика войны. Выживания. Но моя земная душа, не видевшая насилия крупным планом, содрогалась. Я была соучастницей убийства.

— Дай мне бластер, — попросила я, голос сорвался на шепот.

— Аккуратно, — он протянул мне один из стволов. Оружие было неожиданно лёгким в руке, тёплым от чужого тела. Тёмный, обтекаемый корпус, маленький дисплей с зелёной полоской заряда у рукояти. Он был похож на игрушку из фантастического боевика, но это была вовсе не игрушка, а смертельное оружие.

— Странный, — покачала я головой, сжимая непривычную рукоять. — Это… пули? Патроны?

— Уровень заряда. Видишь курок? Наводишь и жмёшь, — Энор коротко кивнул. — Одевайся.

Он швырнул мне окровавленную, пропахшую потом куртку с одноглазого. Я с отвращением накинула её на плечи. Грубая ткань, насквозь пропитанная чужим запахом пота и крови, неприятно зацепилась за кожу. Рукава были слишком длинными, но это была хоть какая-то защита от холода.

— Идём.

Энор остался голым, наверное, чтобы не терять секунды. Его тело, покрытое грязью и запекшейся кровью, в полумраке казалось изваянием из бледного мрамора, и только пульсирующие феерии выдавали в нём живое существо.

Мы побежали туда, куда вели следы, куда умчалась Силия. И почти сразу же из темноты впереди донёсся ответный топот.

Нет. Нет. Нет!

Энор резко отшвырнул меня в нишу между дверями, прижав к ледяной стене своим телом. Сам выставил руку с бластером и выстрелил. Ослепительная вспышка на миг озарила коридор, высветив бегущие на нас силуэты.

Я тоже высунула руку из-за его спины, зажмурилась и нажала на курок.

— А-а-а-а! — мой собственный крик оглушил меня. Я не целилась, просто стреляла в пустоту, в страх, в ужас. Вспышка, шипение, запах гари.

— Ты чего орёшь? — прошипел Энор, когда на секунду стихли выстрелы и топот. Враги залегли.

— Не знаю! — я задыхалась, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Так… так обычно делают! В фильмах! Я же стреляю!

Потом я уже не кричала. Просто подскакивала на месте от каждой вспышки, когда Энор короткими, точными очередями сдерживал их продвижение. Пару раз лучи сверкали совсем рядом, оставив на стене чёрные, оплавленные отметины с запахом гари. Новски оттащил меня дальше, глубже в коридор.

— А если у них больше оружия? Или щиты там?.. Броня? — я прошептала, глядя на тающий заряд на дисплее его бластера.

И тут из темноты донёсся леденящий душу визг.

— Девчонку убить! А мужа не трогать! — голос Силии, истеричный и полный ненависти, нёсся по коридору, отражаясь от металлических стен. — Живым! Мне его живым нужно доставить!

Мы с Энорм переглянулись. Меня трясло крупной дрожью — смесь адреналина, холода и чистого страха. Энор же… Он был собран. Его зелёные глаза, казалось, светились в полумраке собственным, холодным светом. Феерии на его теле вспыхивали ярко, как сигнальные огни. Он кивнул на противоположную сторону коридора — туда, где на полу лежал нетронутый слой пыли, а следов не было.

Не говоря ни слова, мы схватились за руки и рванули. В спину нам свистнул луч, и я взвизгнула от неожиданности и боли — он прошёл в сантиметре от плеча, обжигая кожу горячим воздухом.