Литч ушел, напоследок приложив ладонь к груди и кивнув. Я затормозила, пожала плечами и смотрела на удаляющуюся спину фиолетового инопланетянина. Наверное, надо было сделать так же…

Убрав бортики койки-кувеза, я уселась поудобнее и принялась смотреть в окно. За иллюминатором было темно и только изредка мелькали какие-то вспышки, в отдалении были видны редкие звезды. Я поняла, что космос с корабля совсем не такой, как я его видела на фотоснимках и картинках, сгенерированных ИИ. Темное и безжизненное пространство, приносящее только ужас и смерть.

И нет, я не утрирую, а стараюсь рассуждать здраво. У меня в прямом смысле наступила смерть социальной личности. Я в космосе и, судя по проносящемуся за стеклом иллюминатора космосу, куда-то лечу. Куда? Зачем? Почему? Не думаю, что фиолетовые хотят вернуть меня домой. Похитили они меня сами или я умерла и попала в другую реальность — не имеет значения. Я каким-то шестым чувством понимала — домой я больше не вернусь. А значит Юлии Соколовой больше нет. Я больше не дочь медиамагната, не блогер-миллионник, не веселая и задорная девчонка с копной красных волос.

Моя смерь не была физической. Я просто упала и очнулась уже в обществе фиолетовых существ, что пока не проявили ко мне никакого негатива. Но будет ли так всегда?

Я смотрела в пустоту космоса и думала об отце. Как он там? Наверняка он рвет и мечет, разыскивая меня по всему земному шару. Только я теперь не на Земле, а в космосе. И сколько бы влияния и денег не было у моего отца, не думаю, что ради одной маленькой меня будут развивать науку, строить космические корабли и искать какую-то блогершу.

О маме тоже думала, но уверена, что из-за моей «смерти» она урвет кусочек выгоды. Пострадает, запостит пару видео в свои соцсети, поносит черные одежды и будет красиво плакать в присутствии репортеров. Она меня любит, просто по-своему и как умеет. И какие бы у нас с ней не были прохладные отношения, она многому меня научила. В том числе держать лицо, выгодно подбирать ракурс и всегда улыбаться, какое бы дерьмо не приключилось. Мама часто говорила: «Чтобы ни произошло, делай вид, что так и задумано!»

К сожалению, в ситуации с космическим кораблем и фиолетовыми инопланетянами так сделать нельзя. Да и не перед кем… Нет у меня больше ни имени, ни блога, ни социальной сети с миллионами подписчиков, что в любое время дня и ночи поддержат приятными комментами, дадут совет, с удовольствием вступят в дискуссию, скинут пару тысяч донатов. С пьедестала успешного блогера я в прямом смысле упала в космическую клоаку.

Немного успокоившись, я начала мыслить более трезво. Это не значит, что я хочу забыть прошлую жизнь, наоборот, я буду лелеять каждый кусочек памяти той прошлой Юлии Соколовой. Но сейчас… сейчас у меня другая реальность, в которой присутствует только невесомость. Я не знаю языка, не разбираюсь в технологиях и даже в туалет не могу сходить без помощи. Да и по сути туалета у меня нет, он не мой, а фиолетовых инопланетян. Я тут что-то вроде гостя или пленницы, что никуда не сможет сбежать.

Но как говорил отец, — выхода нет только из гроба. А значит мне нужно приспособиться, как-то барахтаться и искать путь домой. Или новый дом. Или просто бороться за жизнь. Потому что кроме жизни у меня ничего нет. Ни имени. Ни дома. Ни места.

Юлия

На утро… или ночью… или днем… сложно понять какое время сейчас и есть ли у них сутки. В общем, я выспалась. Не сказать, что хорошо, но достаточно. Меня не мучали ни кошмары, ни воспоминания. Просто глубокий сон и медленное пробуждение.

Я не хотела верить в происходящее, но иллюминатор, койка-кувез и гул двигателей разбивали все мечты и надежды. Я по-прежнему на корабле фиолетовых. Вчера я решила — раз я здесь, то пора искать себя. Не буду отступать от своих же обещаний.

Странно, что раньше я вела социальные сети, снимала и монтировала ролики на популярный видеохостинг, и часто говорила о поиске себя, любимого дела, хобби, идеального места для жизни, любви… А сейчас все мои мотивационные реплики померкли и не имели смысла. Другая реальность, другая ситуация и никаких точек для старта. Теперь у меня есть самый главный квест — выяснить, где этот «дом» теперь находится у меня.

На этих мыслях я почувствовала, как в носу защипало и глаза наполняются слезами. Села, встряхнула головой, накинула «казённый» халат и с бодрым «ухнем!» опустила босые ноги на холодный пол. Стопами чувствовала легкую вибрацию, что напомнила где я нахожусь.

У двери в душ я остановилась, мысленно борясь со страхом. Страшновато идти туда без присмотра, но черт! Это же просто прием душа и туалет. Если я не могу сделать такие простые вещи одна, то как я вообще собираюсь выживать⁈