Попятилась спиной от Чату, стараясь запомнить его и сохранить образ капитана «Шамрай» в памяти. Пора покинуть это место, чтобы стать сильнее…

Пол под ногами затрясло, а я не удержала равновесие, испугалась и полетела вниз. Приготовившись к удару, меня подхватили чужие руки. На миг меня пронзило воспоминаниями с Жадимасты, когда точно так же меня подхватил «маска». Та же неслышная быстрота, та же железная уверенность в движении. Но тогда я была пьяна от чужой атмосферы, а сейчас — трезва от страха. И это повторение, этот ритуал падения и поимки, вдруг показался мне странным знаком.

— Чимарис, — почти прошептал над ухом бархатный баритон, отчего тело покрылось мурашками. Это не было страхом, нет. На миг стало приятно, словно ко мне прикоснулись нежно и трепетно.

— Ох, спасибо, — вымолвила я после того, как маска меня поднял и поставил на ноги. И я определенно точно покраснела. На маску взглянуть застеснялась.

Мой кардиган перекрутился, а сумка сползла. Нервно все поправила и нашла глазами Джефа. Слизень улыбался и тянул ко мне руку, как бы говоря — пора.

Пора…

Юлия

Пока мы проходили через шлюз, я наставляла себя на стойкость и смелость. Пыталась представить, что я все так же я — Юлия Соколова, задорная, любознательная и дерзкая девушка. Только в жизни моей изменилась локация: вместе Земли есть целая Вселенная. Изменился масштаб, да! Но я просто обязана найти себя прежнюю и начать двигаться, исследовать, изучать, чтобы окончательно не потерять себя. Конечно, можно существовать и паразитировать рядом с Чату и экипажем «Шамрай», но это не мой путь. Я очень-очень хочу жить…

В уже знакомом мне темном помещении рядом с ракушкой, на которой мы летали на Жадимасту, стоял новый челнок. Я шла в окружении масок, крепко держала за руку Джефа, а сама рассматривала сие чудо техники.

Чуть больше «ракушки», но внешне он выглядел новее и… опаснее. Корпус в форме вытянутой чёрной капли был отполирован до зеркального блеска, в котором тускло отражались огни ангара. Он стоял низко на трёх изящных, похожих на когти, опорах. По бокам, сливаясь с обводами, располагались продолговатые утолщения — плавники или стабилизаторы, из щелей которых просвечивал тусклый синий свет. Никаких видимых стыков или заклёпок — только монолитная, живая грация хищной рыбы.

Вход был открыт — прямоугольный проём в борту без видимой двери, из которого лился тёплый золотистый свет, контрастирующий с внешней угрюмостью ангара.

Все маски ловко запрыгнули на челнок, оставив меня с Джефом. Главный «маска» встал в проходе и протянул мне руку в перчатке, предлагая помощь. Я оценила высоту, поняла, что если напрягусь, то и сама залезу, но галантный жест от макси игнорировать было некрасиво. Несмело протянула руку и ухватилась за необычно теплую ладонь инопланетянина. Не было ни рывка, ни вздоха. Просто уверенный захват, и невероятная сила, что вытянула меня наверх.

— Спасибо, — отпустила я руку маски и смутилась. Сама себя отругала, ведь я должна опасаться неизвестного, а не смущаться и краснеть!

Маска кивнул и отошел в сторону, как бы приглашая меня пройти дальше. Я же отрицательно покачала головой, дожидаясь Джефа. Без него я ни шагу не сделаю.

Конечно, отошла, ведь Джеф совсем не маленький по размерам и места ему нужно куда больше. Слизень, несмотря на свои объемы, ловко поднялся на борт и что-то сказал маске. Я же, успокоившись, что мой большой нянь рядом, осмотрелась.

Небольшое пространство было почти таким же, как и в ракушке «Шамрай». Только значительно новее и современнее. Когда я зашла в общий отсек, оглядела кресла. В этом челноке кресла стояли в ряд по четыре штуки, между которыми было равное расстояние. Прямо как в самолете! На первых местах уже расположились три маски и еще одна маска на месте за приборной панелью. Пилот, — поняла я.

Но что больше всего мне понравилось, так это панорамные иллюминаторы, которых совершенно не было видно снаружи. А вот внутри… я обнаглела и поторопилась к крайнему месту «у окна». Что-что, а полет через космос я пропускать не желаю ни при каких обстоятельствах. Я, будучи на Земле, всегда бронировала места у окошка, чтобы наблюдать за красотами с неба. И тут не буду себе изменять.