В кабинете повисла тишина. Я выжидал, когда Джеф обработает полученную информацию и сделает правильные выводы. Понимал — все зависит от решения девушки. Я, как кхарец, не имею права давить, а тем более принуждать. Но вот Джеф… Он мог спокойно повлиять на ее выбор и решение, ведь судя по их взаимодействию, между ними были хорошие отношения.

— Я уже получил распоряжение от императорского дома: если девушка изъявит желание присоединиться к Империи, то ее примут, обеспечат защиту, выдадут средства на первое время.

— А что взамен? — не растерялся юсимари.

— Стандартный контракт переселенки. Она должна будет жить в Империи Кхар, не важно на какой из планет. Выбрать себе минимум троих мужей в течении года. Соблюдать все законы и следовать традициям. Как по мне, это небольшая плата за спасенную жизнь.

— Она испугается. Определенно точно запаникует, — выговаривал тихо юсимари, но в его трех глазах горела решимость. — Но Юля не дурочка и я уверен, что она подумает, поймет и примет правильное решение. Мне нужно будет время, чтобы…

— Я не могу задерживать военный корабль на границе Объединения. Это может вызвать вопросы и напряжение между нашими системами. У вас максимум пара часов после ее пробуждения.

— Понял вас, адмирал Гросс. Я могу связать с капитаном Чату? Связь на вашем лайнере блокируется и…

— Нет.

Я врал. Намеренно. И тем самым надеялся, что в условиях ограниченного времени девушка запаникует и примет решение в пользу договора с Кхар. А ее сопровождающий Джеф без связи подтолкнет самку к «правильному» выбору.

Я не мог давить сам, но в глубине души мне хотелось, чтобы девушка осталась. Понравилась, да. Но разве я могу рассчитывать на что-то большее?

Нет, не могу.

Но космос! Я так голоден!..

Юлия

Пробуждение было нервным. Помнила панику, что захватила меня в момент закрытия прозрачной крышки и боялась, что, когда открою глаза, буду замурована в этом стеклянном гробу. К моему счастью, я лежала в открытом кувезе, свет был приглушен, а на кресле возле койки сидел уснувший в неудобной позе Джеф. Он тихо похрапывал, отчего его большие щеки раздувались и дрожали в такт дыханию.

Села, чувствуя легкое головокружение. Обратила внимание, что моя одежда аккуратно сложена, кроссовки стоят под креслом, а сумка висит на спинке. Наверное, было глупым переживать, что мои вещи кто-то украдет, но волнение было. Эти вещи — все, что у меня есть.

Обратила внимание на браслет, что на мне защелкнули на «Шамрай». Матовый экран был выключен, однако я решила проверить. Дрожащим пальцем щелкнула по экрану дважды и панель загорелась. У меня сперло дыхание, когда появились символы… которых я не понимала. Значит не получилось?

— Вы пришли в себя немного раньше, чем я прогнозировал, госпожа, — раздался голос за спиной, и я резко развернулась. Недалеко от коек стоял тот самый медик, которого я уже видела ранее.

— Что? — переспросила, но больше была шокирована, что я поняла! Поняла, что именно сказал медик. — Я вас… понимаю! Ох! А вы? Вы меня понимаете?

— Я вас понимаю, госпожа, — склонил голову работник. — Могу я к вам подойти для осмотра?

— О, — замялась я, поглядывая в сторону храпящего Джефа. Устал мой слизень, дожидаясь конца процедуры. И мне стало его очень жаль, поэтому я сама себе отказала в мысли разбудить его. — Пожалуйста.

Говорить было… необычно. Слова выскальзывали сами, будто кто-то подсказывал их в тот миг, когда я открывала рот. Мой мозг всё транслировал на русском, а губы уже формировали чужие, странные звуки, которые тут же обретали для меня смысл. Я ощущала дисбаланс, лёгкую тошноту от этого раздвоения, но была рада и этому. Хоть какая-то победа в этом абсурде. Теперь я понимаю, и меня тоже понимают. Осталось привыкнуть.

— Как вы чувствуете себя? — медик приблизился, убрал борты койки, и я смогла свесить ноги.

— Хорошо, — ответила настороженно. — Что вы сделали?

— Прошлый медик предоставил ваши анализы, но их было недостаточно. Мне пришлось провести повторное сканирование и взять несколько проб на проверку, — говорил мужчина, доставая вытянутый светящийся прибор. Он был похож на ракетку для тенниса, но без сетки. — Все просто — чип.

— Как я говорю на вашем языке, если… думаю все еще на своем? — старалась не отшатнуться от неизвестного прибора, что поднесли к моей голове. Вряд ли мне навредят после того, как помогли.

— Вам был установлен чип. Имплантация прошла успешно, но алосар — процесс не быстрый. Через несколько недель можно будет сказать, завершен процесс или нет, — говорил мужчина медленно, и до меня начало доходить.

— Что значит алосар? — нахмурилась.