Кажется, я поняла, почему лорд Трейс загадочно улыбался в ответ на мои предложения отрепетировать танец с ректором. Будто точно знал, что закончится такая репетиция в спальне.

Но только не сегодня. И не под любопытными взглядами претенденток.

Я часто дышала, прячась за спиной Фердинанда, и пыталась скрыть дрожащие руки. И только спустя целую вечность заметила, что вокруг слишком тихо.

Подозрительно тихо.

Фердинанд всё так же тяжело дышал — я видела, как вздымалась его спина. Позволяя укрыться за собой, он внимательно следил за остальными.

Судя по звенящей тишине и сжатым кулакам чудища, выглядело это так же откровенно-развратно, как ощущалось.

Или не совсем?

— Лаверий Сент! — внезапно раздался голос Арсо.

Словно колокол, прогремевший на рассвете, громкий оклик разрезал оцепенение, царившее в зале.

Впервые я была благодарна этому павлину. Истерическим криком, он переключил внимание на себя.

— Я знаю, кто был вашим преподавателем! — Эвелиус буквально сорвался на писк и, судя по частому мелкому шагу, подошёл к Фердинанду.

— У вас есть замечания к танцу леди Свон? — хрипло спросил принц.

Пряча меня за собой, он шагнул вперёд, перегородив Арсо путь.

В этот момент я была благодарна. Слушать откровенную ерунду не было ни сил, ни желания. Странный танец стал завершением всей жуткой недели, и я не представляла, как переживу ещё и Бал.

Зато ректор быстро вернул самообладание и стойко встретил нападки взбудораженного павлина.

— Лаверий Сент! — снова пропищал Эвелиус.

Это имя, вероятно, что-то значило. Вот только я понятия не имела, кто это и причём тут наш слишком интимный танец.

Зато всё понял ректор.

Оставляя меня позади, он шагнул ещё ближе к декану.

— Я знаю придворного учителя по танцам. Он действительно обучал меня, декан Арсо. Однако даже лорд Сент не сотворит чудо, научив десять девушек танцевать за одну ночь, — уже громче рыкнул Фердинанд.

После такого я немного очнулась, убрала ладони с лица и повернулась к остальным.

Эвелиус пылал праведным гневом и явно искал меня взглядом.

Нашёл. Прищурился. Криво оскалился.

— Я знаю, что лорд Сент был лучшим другом старого лорда Прута. Вам должно быть стыдно, леди Свон, — торжественно объявил он, будто раскрыл мою самую страшную тайну.

А я всё так же с непониманием смотрела то на декана, то на принца.

Арсо расплылся в плотоядной улыбке.

— Вы скрываете имя маэстро и умалчиваете, чья именно заслуга – ваш почти сносный ривентар, — гордо добавил он.

Этот напыщенный индюк даже пальцем ткнул в мою сторону, словно я опасный преступник.

Что ж, кто бы ни был этот их маэстро, это лучше, чем то, в чем меня обвиняли раньше. Проглотив едкий комментарий, я пожала плечами — мол, понимайте как хотите, оправданий не будет.

А Фердинанд, чуть развернувшись, шумно вдохнул.

Он, как и я, устал от постоянного нытья, попыток спровоцировать скандал и подлянок Эвелиуса.

Подозреваю, после Отбора факультет Красоты лишится своего главного украшения. Уж слишком рьяно декан взялся выживать меня из Академии, чем регулярно вводил ректора в ярость.

Вот и сейчас, чудище выпрямился и сложил руки на груди. Даже не видя его взгляда, я понимала — он снова зол.

— А вы не думали, что леди Свон скрывает имя своего маэстро, чтобы не злить старшего лорда Прута? — холодным тоном спросил ректор.

Нет, Эвелиус не думал. Он вообще, кажется, забросил это трудоемкое занятие.

Слишком занят попытками нарыть свежий скандал и прославиться. О другом думать ему некогда.

Вот и сейчас, проснувшись от своего театрального возмущения, декан с непониманием смотрел на принца.

— Если за уроки танцев Юлианны платил лорд Николас, не удивительно, что этот факт скрывают. Занятия с лордом Сентом стоят целого состояния. Леди Свон разумно опасалась, что семья бывшего жениха может потребовать компенсацию за её обучение, — почти безразлично произнёс Фердинанд.

Конечно, он знал, что никакой лорд Сент меня не обучал, но ловко придумал правдоподобную легенду для Арсо.

Это сработало, вот только совсем не так, как предполагалось.

Вместо того чтобы смутиться и отступить, озадаченное выражение на лице Эвелиуса сменила плотоядная ухмылка.

От одного его довольного взгляда по спине пробежал холодок.

Как бы на Юлианну — то есть на меня — ещё какие-то вымышленные долги не повесили.

Сделав вид, что вообще не понимаю, чем может грозить подобная фраза чудища, я опустила глаза в пол и покорно сложила руки в замок.

Надеюсь, Николасу хватит храбрости сообщить своему отцу, что ни за какие уроки он не платил. А к тому времени и Отбор закончится, я получу своё золото, и уеду подальше из этого сумасшедшего дома.

Пока в мыслях я уже паковала чемодан, Арсо продолжал улыбаться, придумывая оправдание своему провалу.

И всё-таки придумал.