Меня утянули в узкую комнату. Маленькие отверстия в стенах и всего лишь один горящий артефакт.

Тайная ниша для подслушивания?

— Фердинанд, — вопросительно посмотрела я на всё ещё улыбчивого принца.

Задать очевидный вопрос — где мы и почему не идем на обед — он не позволил. Накрыл мои губы пальцем и покачал головой.

— К счастью, поздравления и приветствия будут перед балом. Иначе ты точно упала бы в обморок, сладкая. Неужели мне так не идёт этот наряд? — прошептал он, наклоняясь ближе.

Идёт. Слишком. И я ощущала себя как влюблённая первокурсница, но признавать не желала. Уж слишком самодовольным он выглядел.

Не получив ответа, Фердинанд улыбнулся ещё шире и, будто издеваясь, скользнул губами к моему уху. Дыхание обожгло кожу, и по телу побежали мурашки.

— Скажи, Сильвен нанёс заклинание закрепления? — тихо спросил он.

Нанес. Иначе до бала платье превратилось бы в мятую тряпку, а причёска — после всех этих “наклонись, присядь, опусти голову” — в метёлку.

Кивнув, я с непониманием проследила, как его улыбка из самодовольной стала опасно-лукавой.

— Замечательно, — выдохнул Фердинанд, ладонь легла на мою талию, и он резко притянул ближе.

Тепло его тела накрыло с головой. Губы требовательно сомкнулись с моими — и уставший мозг радостно взвизгнул “передышка”, отключаясь.

Если бы принц не удерживал меня так крепко, я бы рухнула на пол. Но он держал — словно точно знал, какое впечатление произвел, и как желание затмевает остатки здравого рассудка. Или же вспыхнувшая не вовремя страсть накрыла не только меня?

Целый месяц мы почти не виделись: лишь короткие встречи, разговоры о делах, редкие уставшие взгляды. Только хрупкие объятия по ночам делали нас больше, чем соседями.

И вот — несколько невинных прикосновений, и вся накопившаяся страсть прорвалась наружу, будто вода из треснувшей плотины.

Мир сжался до узкой ниши, до горячего дыхания у щеки и губ, требовательно прижимающихся к моим. Всё остальное перестало существовать.

И именно в этот миг, когда сердце билось так, что я слышала только его, за спиной раздался хриплый кашель.

Реальность ворвалась в наше укрытие ледяной водой.

Фердинанд нехотя отстранился.

— Нет, я всё понимаю, но нас ждут на банкете, — недовольно сообщил Император.

Прежде чем я успела покраснеть, муж заслонил меня собой, пряча от цепкого взгляда недовольного брата.

— Прости, Юля переволновалась. Я решил, это поможет. День будет нелёгким. А если принцесса будет дрожать под взглядами придворных, сплетен потом не оберемся, — хрипло и, явно пытаясь говорить ровно, произнёс он.

В ответ послышался холодный хмык Фредерика.

— Да, я вижу, как ты старался, брат. У вас две минуты, чтобы привести себя в порядок. Я здесь Император и ждать, пока вы спустите пар в тайных переговорных, не собираюсь, — громко произнес он.

Демонстративно хлопнув дверью, сердитый Император ушёл, и я облегченно выдохнула.

— Значит, это ты так меня успокаивал? — спросила я, всматриваясь в странно довольное лицо мужа.

Фердинанд поправил волосы и игриво наклонил голову.

— Если бы знал, что ты будешь так на меня смотреть в этом костюме, надел бы его раньше, — проигнорировал он мой вопрос, шагнул ближе и провёл пальцами по шее.

По коже пробежали мурашки, но поддаваться соблазну и злить правителя ещё больше не хотелось.

— Как так? — тихо выдохнула я, перехватывая мужскую руку и впиваясь в нее ногтями.

— С плохо скрытым вожделением, — хрипло ответил Фердинанд. — Прибереги это до вечера, жена. После ривентара и на ближайшие несколько дней ты моя.

Пригладив и без того уложенные волосы, он наклонился ближе.

Я попыталась отвести взгляд, но не смогла.

Чёрные глаза притягивали, как омут, и каждая клеточка тела дрожала от осознания того, что этот мужчина теперь по-настоящему мой.

Фердинанд улыбнулся чуть мягче, коснулся кончиками пальцев моей щеки и прошептал:

— Пойдём, нас уже ждут в банкетном зале. Самое время поиграть в принца и принцессу.

Горячая рука мужа крепко сжала мою, и мы вышли из мрачной тайной комнаты.

Банкет прошел как в тумане: чёрные глаза Фердинанда, бесконечные ничего не значащие разговоры…

Я, как советовал Сильвен, то и дело опускала взгляд в тарелку или бросала его на мужа, изображая влюблённость и смущение. Это работало.

Стоило кому-то из придворных попытаться подловить меня на разговоре, за меня отвечал Фердинанд.

Правда, некоторым советникам всё же хватило смелости напомнить о моем провальном участии в отборе.

— Как вам живется во дворце, леди Юлианна? Помнится, ваш дебют на приёме во время отбора Его Высочества был не слишком успешным, — с лукавой улыбкой поинтересовался один из приближённых Фредерика.