С криком, который был одновременно и боевым кличем, и рыком боли, я направила последний импульс магии. Его доспехи вспыхнули ярким, ослепительным светом. Он закричал. От боли, и от шока. Золото, которое было его гордостью, его защитой, стало его тюрьмой.

Элларион, охваченный пламенем, отшатнулся. Его движения стали хаотичными. Он уронил меч. Я видела, как он пытался сорвать раскаленные пластины, но они словно приросли к его плоти.

Я сделала шаг вперед и подняла с пола свой меч. Клинок все еще пылал, но теперь я не собиралась им атаковать. Я подошла к дракону, чувствуя, как жар исходит от его тела. Он смотрел на меня с ужасом, с непониманием.

- Убирайся, - прошептала я, и в моем голосе не было ничего, кроме холодной решимости. - Убирайся из моего замка. И больше никогда не возвращайся.

Я схватила Эллариона за воротник. Он был тяжелым, но я, подстегиваемая магией, чувствовала в себе невиданную силу. Я потащила его к огромным окнам холла. Воины, которые еще недавно слушали приказы «будущего правителя», теперь стояли в оцепенении, наблюдая за происходящим.

Я размахнулась и с силой швырнула золотого через открытое окно. Он полетел вниз, словно мешок с мусором, его крик оборвался где-то внизу.

Я стояла, тяжело дыша, мои руки дрожали. Огонь на моем мече начал угасать, оставляя после себя лишь тлеющие угли. Холл замка был залит светом, который пробивался сквозь открытые оконные рамы. Тишина вернулась, но теперь она была другой. Не гнетущей, а наполненной чувством победы.

И это был мой замок. Моя земля. И никто, никто не посмеет ее забрать. Они просто не знали, что такое жизнь в детдоме, когда у тебя нет ничего своего. И даже за малую толику того, что принадлежит только мне, я собиралась биться - не до крови, а до смерти, и точно не своей.

Тяжелое дыхание вырывалось из моей груди, словно загнанный зверь, но каждый вдох был наполнен горько-сладким вкусом победы. Воздух в моем замке, еще недавно наполненный запахом пыли, теперь благоухал озоном -после магической схватки. Элларион... Этот золотой дракон, этот наглец, посмевший бросить вызов моему роду, моей земле, моему замку! И вот он, вышвырнут мной, как ненужный хлам, с воплем, который, надеюсь, еще долго будет эхом отдаваться за стенами замка. Окно, большое, витражное, стало его вратами в никуда. И я, наследница древнего рода, только что доказала, что моя кровь - не просто титул, но она все еще наполнена отвагой и яростью.

Легкая, едва уловимая усмешка тронула мои губы. Я не дала ему хозяйничать. Я не позволила ему унизить мой замок. Я вышвырнула его. Сама... Эти мысли, словно живительный бальзам, разливались по венам, приглушая боль в натруженных мышцах и пульсацию в виске. Я чувствовала себя сильной, как никогда, но и не менее уставший: как-то многовато битв для одного дня.

Вдруг, за моей спиной раздался свист. Не обычный, а какой-то… довольный. Пронзительный, полный восхищения. А затем - аплодисменты. Тихие, но уверенные хлопки ладоней. Ощущение торжества, которое только начало набирать силу, вдруг замерло, сменившись легким недоумением. Я медленно повернулась, готовая встретить новый вызов, но увидела…

Моего Хашшамиша. Он стоял, опираясь на резную колонну, и его глаза сияли нескрываемым удовольствием. Улыбка, широкая, ослепительная, как солнце, освещала его лицо. А рядом с наагатом, будто его тень, но при этом сияя еще ярче, стоял Азрот. Его зубы, острые и белоснежные, обнажились в поистине демонической улыбке. И вокруг них… воины. Почти все. Их лица были обращены ко мне, и в каждом взгляде читалось уважение, смешанное с неподдельной радостью. Скромные улыбки, легкие кивки, тихие, но искренние аплодисменты.

Сердце мое дрогнуло, но не от страха, а от какого-то нового, незнакомого мне чувства. Тепло. И гордость.

Хашшамиш сделал шаг вперед, его движения были плавными, как у кошки. Он подошел совсем близко, и я почувствовала его теплый, обволакивающий взгляд.

- Александра, - пророкотал его голос, низкий и мелодичный, – я рад, что у меня такая жена.

Он протянул руку и нежно коснулся щеки, стирая невидимую пылинку. От его прикосновения по коже побежали мурашки.

- Ты не просто носишь титул наследницы рода, - продолжил он, его глаза сияли, - Ты еще и можешь постоять за свой род. Так, что даже драконы, поверженные, из окон вылетают.

Он усмехнулся, и в этой усмешке была вся его мужественность, вся его сила, вся его любовь. Я почувствовала, как покраснели мои щеки.