- Подожду, - ответил он, - Я пока могу стоять на ногах и держать одну огненную деву. Так что пусть вначале помогут другим воинам. А мы летим в лагерь. Высоты и полёта ты не боишься? Не боишься...

После этих слов золотой осторожно отпустил меня. Я пошатнулась, но каким-то чудом устояла на ногах, чувствуя, как земля под ногами кажется неустойчивой. Воин пошел рябью, появилась легкая дымка и он начал меняться. Его золотые доспехи, казалось, ожили, начали сливаться, трансформируясь в чешую, переливающуюся всеми оттенками золота. Затем, с тихим шелестом, золотой воин превратился в огромного золотого дракона. Его тело, величественное и могучее, было испещрено свежими, жуткими ранами, но даже в таком виде он излучал невероятную силу и грацию. Дракон размахнулся своими огромными крыльями, поднимаясь в воздух, его рёв был полон триумфа. Сделав круг над полем битвы, он спикировал вниз, и его когтистая лапа, удивительно нежно, подхватила меня, словно я была хрупким цветком. Снова взмыв в небо, он держал меня, словно бесценное сокровище, бережно оберегая от любых опасностей.

Снизу доносились радостные выкрики воинов. Они ликовали, радуясь победе и тому, что остались в живых. Их благодарность, направленная не только дракону, но и мне, казалось, была искренней, наполненной облегчением и надеждой. Я закрыла глаза, чувствуя, как ветер треплет мои волосы, и прислушиваясь к звукам победы, которые, наконец, начали проникать сквозь пелену усталости, заглушая боль и опустошённость.

Мои пальцы сжимали толстые когти дракона, словно скалы, которые не дадут упасть. Ветер рвал мои волосы, трепал одежду, но я лишь смеялась, чувствуя, как сердце бьется в унисон с могучими взмахами его крыльев. Золотой дракон, мой будущий правитель, мой… брат по оружию? Я даже не знала, как его назвать. Он был не просто чудовищем из легенд, он был живым, дышащим воплощением силы и величия.

С высоты, где мы парили, мир преобразился. Лес, казавшийся раньше непроходимой стеной, теперь был лишь зеленым ковром, испещренным серебряными нитями рек. Я чувствовала себя птицей, свободной от всех земных забот. Каждый вдох наполнял легкие чистым, холодным воздухом, а каждая выемка в драконьих чешуйках казалась мне идеально подходящей для моих ладоней. Как-то не быстро мы добрались до лагеря, с мужем на битву мы прибыли в несколько раз быстрее. Может, дракон специально кружил, чтобы я могла успокоиться, прийти в себя после сражения и насладиться красотой вокруг.

-Еще немного, моя храбрая! - прозвучал в моей голове его голос, низкий и рокочущий, словно дальний гром. Я знала, что он говорит со мной, хотя не видела движения его губ. Он говорил со мной в моей голове. Если бы у меня были силы удивляться и впечатляться, я бы это сделала. Но не сейчас. Даже его обращение «моя» сейчас не затронуло мои эмоции.

Мы приближались к цели, к лагерю, где нас ждали. Я представляла себе радостные объятия, облегчение на лицах тех, кто остался охранять лагерь и следить за ранеными.

Но когда мы начали снижаться, моя улыбка застыла на губах. То, что я видела внизу, не было лагерем, который я покинула. Это было… пепелище. Дым поднимался клубами, смешиваясь с золотым светом дракона, окрашивая небо в зловещие оттенки. Разрушенные палатки, словно разорванные зверем, зияли пустыми глазницами. Повсюду были следы битвы: перевернутые телеги, разбросанное оружие, сломанные стрелы. А потом я увидела их...

Мое сердце сжалось в ледяной комок. Воины... Лежавшие неподвижно, среди обломков. Их тела были неестественно вывернуты, а одежда порвана. Некоторые стонали, кто-то пытался ползти, оставляя за собой кровавые следы. Раненые. И погибшие.

- Нет… - прошептала я, чувствуя, как ноги становятся ватными. Дракон, словно почувствовав мой шок, замедлил движение. Его мощные крылья начали работать более осторожно, готовясь к посадке.

Он спускался медленно, словно боясь разбить хрупкое чудо, которым я была. Когда земля стала достаточно близка, он очень, очень бережно опустил меня. Мои ноги коснулись еще теплой, но уже усыпанной золой земли. Я не успела даже полностью выпрямиться, когда почувствовала, как меня охватывает знакомое ощущение – присутствие.

Перед мной, словно возникнув из ниоткуда, стоял воин. Его золотые доспехи, хоть и покрытые сажей, блестели так же ярко, как чешуя дракона. Он был высокий, сильный, и его голова, словно у птицы, хищно крутилась, осматривая разрушенный лагерь. Он не смотрел на меня. Он видел только хаос.

- Что… что здесь произошло? - мой голос сорвался, превратившись в жалкий писк. Я не могла поверить своим глазам. Этот лагерь, еще недавно наполненный жизнью и смехом, теперь представлял собой картину полного уничтожения.