— Что ж, не смею задерживать. Спасибо, что уделили мне время.

Поклонившись, он бодрой военной походкой покинул гостиную.

Я осталась сидеть на месте, испытывая противоречивые чувства. Чувство вины за столь резкий отказ боролось с облегчением. Я не могла ничего пообещать человеку, о котором почти не думала.

Мне нужна свобода. Я насмотрелась на унижения, которые терпят местные женщины. Брак — это слишком серьёзно, чтобы соглашаться вот так, сразу.

Выдохнув, я решила отпустить эту ситуацию.

К вечеру Алексей Яковлевич вернулся домой. Он был раздражён и чем-то обеспокоен. Увидев его в холле с лестницы на втором этаже, я тихо ушла в свою комнату. Не мне его утешать, не мне…

Жизнь продолжалась.

На следующий день не случилось ничего нового. Всё шло своим чередом. И на третий день тоже ничего особенного. А вот накануне бала, буквально за три часа до отъезда, произошло нечто совершенно неожиданное…

Я стояла посреди спальни, с недоверием рассматривая то, во что превратилось моё прекрасное платье. Несколько щедрых алых пятен расползались по ткани и потёками стекали вниз. По подолу были выдраны целые куски оборки, а на лифе оказались сорваны несколько камней. Платье, приготовленное для княжеского бала, было безвозвратно уничтожено. До отъезда из дома оставалось не больше трёх часов.

Следом за мной в комнату вбежала Эльза Васильевна. Она ахнула, схватившись за лицо ладонями.

— О, Господи! — воскликнула няня. — Да что же это такое? Как это могло случиться? Кто мог это сделать?

Она причитала ещё долго, пока я жестом не остановила её.

— Всё в порядке, — ответила я довольно-таки спокойным голосом.

Но на няню это не подействовало.

— Боже ж ты мой! Это ж горе какое! Платье стоит целое состояние, да и ехать теперь вам совершенно не в чем, Марта Михайловна! В магазинах ничего не купишь перед балом. Всё достойное раскуплено! Если ринуться сейчас по лавкам, то найдём только что-то крайне убогое…

— Эльза Васильевна, всё нормально, — повторила я, повернувшись к ней.

Но няня не могла успокоиться. Она схватила меня за руки, посмотрела мне в лицо расширенными от волнения глазами и воскликнула:

— Марта Михайловна, возьмите моё платье! Оно, конечно, далеко не такое красивое, как ваше, но его сшили прекрасные мастерицы. Вы были так щедры, что подарили мне эту красоту. Возможно, она спасёт вас сегодня. Может быть, в этом и было Божье проведение, чтобы вы захотели подарить мне такой наряд! А ещё нужно обязательно найти того, кто это сделал, — добавила она, опуская глаза и начиная нервно бегать взглядом по полу. — Это точно Дмитрий и Михаил! Они такие неуправляемые. Нужно срочно рассказать Алексею Яковлевичу!

— Подожди, — я накрыла её руку ладонью, заставив посмотреть себе в глаза. — Эльза Васильевна, давай ты сейчас успокоишься и меня выслушаешь, ладно?

— Да, конечно, — сразу же присмирела няня, вновь посмотрев на меня. Я выдохнула.

— Во-первых, мы никому ничего рассказывать не станем… — начала я, но няня меня ошеломленно перебила:

— Но как же? — изумилась она. — Это ведь настоящая катастрофа! Отец должен знать о том, что сотворили его дети!

— Знаешь, Эльза, это… сложный момент. Дети бунтуют, я им не нравлюсь. Но, пожалуй, у меня нет прав их наказывать…

— Почему? — искренне удивилась няня.

Я решилась наконец признаться:

— Я не собираюсь оставаться в этой семье надолго. Я давно прошу у Алексея Яковлевича развода…

— Что? — ошеломлённо воскликнула Эльза Васильевна. — Но, но… а как же..?

— Я думаю, ты понимаешь, почему.

— Но ведь Алексей Яковлевич изменился! Он стал заботиться о вас.

— Это неважно. У нас к нему нет ни чувств, ни обязательств. Поэтому я не хочу сейчас вести себя с детьми так, будто претендую на роль матери.

— Но всё же ущерб так велик! — продолжала приводить аргументы Эльза Васильевна. — Алексей Яковлевич сразу заметит, что платье совсем другое. Даже моё, которое я хотела бы вам отдать, покажется ему слишком простым…

В этот момент я улыбнулась.

— Ты знаешь, на самом деле у нас есть другой выход.

— Правда? — заинтригованно прошептала няня. — Какой же?

Я отпустила её руку и, улыбнувшись, повернулась к окну.

— Ты помнишь, как в ателье появилась Арина? Моя сестра…

— Да, конечно.

— Тот взгляд, которым она окинула эскизы… мне о многом сказал, — произнесла я задумчиво. — У нас с ней крайне непростые отношения. Думаю, это заметно…

— Скажем так, я предполагала это, — осторожно ответила Эльза Васильевна.

— Так вот, — продолжила я, — нутром почувствовала, что Арина что-то задумала. Поэтому, когда мы уже собирались уезжать и подошли к нашей карете, я на минутку вернулась обратно в ателье, помнишь?