— Авдотья? Какое совпадение, — подумала я вслух. — Немедленно найди мне что-то серебряное. В этом доме есть серебряные столовые приборы?

— Да, в гостиной! Они хранятся в гостиной! — воскликнула Настя и тут же бросилась прочь.

Вернулась через минуту, держа в руках серебряную ложку. Дрожащей рукой я погрузила её в кашу, с ужасом наблюдая, как серебро потемнело.

— Это… яд! Значит, всё-таки яд…

С трудом добралась к комнате, которая служила мне уборной, предварительно захватив с собой кувшин с водой, и сделала несколько больших глотков. Таким образом я пытаясь вызвать рвоту. Всё тело трясло, ноги подкашивались.

Воспользовалась пальцами и вызвала первый спазм.

— Принеси… принеси еще воды, чтобы тщательно промыть желудок, — выдавила я сквозь страдания, обращаясь к Насте. А потом подумала о том, что я даже ей не могу доверять. Наверное, мне стоило самой сходить за посудой, ведь не просто же так именно сегодня Авдотья принялась убираться в кладовой? Это точно она подстроила! Собралась окончательно меня убить???

Я едва ли не ползком добралась до кровати и, собрав последние силы, прошептала Насте:

— Вызови лекаря. Того старика, что приходил к Никите. Ты можешь сделать это так, чтобы никто не узнал об этом?

Настя закивала.

— Да, да! Я знаю, где он живет!!! Я сама к нему схожу!

Конечно, и ему я не доверяла, но это было лучше, чем умереть здесь и сейчас. Настя выбежала из комнаты, а я почувствовала, как меня затягивает тьма.

Борясь с ней, я пыталась глубоко дышать и держать глаза открытыми. Неужели Авдотье всё-таки удалось меня отравить? Но как же она смогла это провернуть?

Выходит… отравленной была именно посуда? Но как? Я же отмыла ее собственноручно!

Однако… это другой мир, а я не всезнайка. Возможно, существуют способы нанести яд так, чтобы даже вода не могла его смыть…

— Пейте, пейте, только осторожно, небольшими глотками…

Настя придерживала мне голову, пока лекарь подносил чашку с лекарственным отваром. Я выпила теплую жидкость и чувствовала, как по телу разливается тепло.

— Что это? — прошептала, тяжело выдыхая.

— Это лекарство способно выводить яд, — ответил мужчина, хватая меня за руку, чтобы прослушать пульс. — Сбор растений редкий, очень ценный, но достаточно эффективный. Им еще в прошлом веке спасли отравленную княгиню… Судя по всему, вас действительно отравили. Это тот самый корень жмытника, о котором я вам уже рассказывал, только в очень больших количествах…

— Скажите, лекарь, а от этого вещества можно умереть?

Мужчина тяжело выдохнул.

— К сожалению, да. Но с вами всё будет в порядке, не волнуйтесь. Вы съели слишком мало. Да и вовремя вызванная рвота остановила пагубное воздействие. Вы спасли себе жизнь, и я очень рад этому!

Я закрыла глаза, всё ещё чувствуя большую слабость. Значит, хотели убить. Как же страшно, что кто-то мог решиться на настоящее убийство! Немыслимо жестокое и продуманное убийство… Просто слов нет. Неужели Авдотья настолько сошла с ума?

— Госпожа, — снова подал голос лекарь, — вы должны рассказать своему супругу о случившемся. Это слишком опасная ситуация. Нужно провести расследование.

Я как раз думала об этом. Алексей Яковлевич не тот человек, который бы меня послушал. Но если лекарь будет свидетельствовать о произошедшем, то ему придётся поверить. Однако, скорее всего, Авдотья, если это была она, уже все следы своей причастности потёрла. Я уверена, что она продумала свою месть до мелочей. Значит нужно… поймать её в ловушку.

— Скажите, пожалуйста, через какое время я смогу встать на ноги при употреблении вашего настоя? — уточнила у лекаря.

— Думаю, завтра будете уже в полном порядке, — ответил мужчина. — Как я уже сказал, вы смогли вовремя освободить желудок. Яд в организме остался совсем в небольшом количестве, разве что ещё сегодня будет немного тошнить.

— Давайте поступим вот так, — произнесла приглушенно, — я сделаю вид, что смертельно больна. Очень возможно, убийца захочет прийти сюда и посмаковать свое торжество…

* * *

В дверь постучали. Алексей Яковлевич, не отрываясь от чтения документов, бросил:

— Кто там? Я сейчас занят.

— Простите, господин, — послышался тоненький девичий голосок, — я должна сказать вам кое-что очень важное.

— Что еще такое? — раздражился мужчина, по привычке стукнув по столу. — У меня сейчас важные дела! Неужели это твоё "важное"… достойно того, чтобы отвлекать меня от работы?

Кажется, он был чрезмерно раздражителен и искал возможность на ком-то сорвать злость.

— Простите, — всхлипнули за дверью, — просто… ваша супруга… она умирает.

Алексей Яковлевич изменился в лице.

— Что???