- Жду в отеле! – намерен положить трубку.

- Да не поеду я! У меня ещё вещи не упакованы, кое-что забрать надо.

- Что?

- Штоль, ну ладно тебе. Секретики у меня могут быть.

И это её Штоль лучше всяких мась и коть. Аж передёргивало. А она: хочу называть тебя ласково. Пусть подавится.

- Два часа и ты свободен, - шепчет прямо в ухо, и от этого её бля…го шёпота у меня в штанах всё шевелится.

- Забрать тебя откуда? Не смей сама там появляться!

- В Торговом центре рядом.

- Понял».

Вот так я как придурок повёлся на сладкие обещания, потому что ей надо было улетать, а теперь какого-то чёрта вижу её плащ, порхающий по грязным улицам города. Что ей вообще тут делать? Хата в престижном районе. А это захолустье какое-то.

Мент во мне по ходу сдох и разложился, потому что какая-то девка играет со мной в игры.

- Алло, Дим, - возвращаюсь обратно к машине, у которой оторван дворник. Оглядываюсь в поисках твари, что мне тут доказать была что-то намерена. Никого. Как назло ни одной камере в этой дыре.

- Серёг, - зовут меня в трубку.

– Да, тут. А ну-ка пробей мне, вылетала из аэропорта одна мадам или нет. – Открываю дверь в машину и сажусь, пока Димка там с кем-то по другую сторону препирается, включаю зажигание. – Да, сейчас данные скину.

Тут же начинает пропихивать в мою фирму какого-то брата и свата, которые, как пить дать, хотят лёгких бабок, а у меня ребята солидные. Но стоит пообещать, тут баш на баш.

- Не вопрос, присылай своего. Посмотрю, ладно? Спасибо.

Отключаюсь и пишу ему данные: Тихонова Екатерина.

Вожусь весь день с Яшкой, изредка забывая, что в моей жизни существует ещё Штоллер и младшая дочь. К концу вечера даже ощущаю себя счастливой, когда внук вслед за мной повторяет драгоценное «ба-ба».

- Да-да, Яш, - радостно киваю, подхватывая его на руки. И, кажется, это самое лучшее, что произошло со мной за последнее время. Вроде бы, мелочь, только насколько сильно бьётся сердце и ликует душа. Совершенно не сравнимо с тем, что было вчера. И кажется: прорвёмся, сможем выстоять.

Не могла сидеть без дела, потому на столе оладушки, зразы и яблочный пирог. Всё, что смогла разыскать, пошло в ход. Хочется быть полезной, показать невестке, что я чего-то стою. Или доказать себе?

Марина приходит после семи усталая. Сразу же бежит проверять Яшку, только понимаю: не потому, что боится, что что-то не так. Материнское сердце жаждет любви и ласки, восполнить силы после работы, и я отправляюсь на кухню, чтобы дать им возможность побыть вместе.

- Тима не звонил? – интересуется она, заходя с Яшкой на руках.

- Нет, - я тут же внимательно смотрю на неё. – А должен?

- Просто спросила, не берите в голову.

Она делает непринуждённый вид, а я понимаю, что не хочет меня волновать. И откуда такая понимающая?

- Если что не так, ты сразу мне говори, Марин, Я крепкая. Вынесу. Чай, понимаю, что не на море поехал.

Она смотрит как-то внимательно, и, кажется, что вот-вот с языка сорвётся правда, только тут же заявляет.

- Честно, просто спросила. Вчера у вас день рождения был, думала, вдруг решил поинтересоваться, как всё прошло. Я ему ничего не рассказывала, если что, - тут же дополняет. – Не говорила, что вы здесь ночевали. Только не подумайте, что умаляю ваши заслуги, считаю: сами оповестите, если посчитаете нужным.

Вот она – любовь. Забота и тепло в каждом слове. Лишнего не скажет, согреет, доброе напутствие выдаст. И какая-то гордость во мне поднимается за то, что у меня такая невестка. Надо же, как я всё это время упускала из виду такие мелочи. А теперь, когда рядом, осознала: не всё то золото, что блестит.

Когда она отправляется в ванную, читаю снова книжку Яшке. Отчего-то так тепло на душе. Ощущать себя частью чего-то доброго. Будто именно здесь покой и уют. Люди, которые не прячут от тебя за пазухой лжи. А, если и делают это, лишь потому что намерены уберечь.

Сегодня внуку полегче. Хотя бы температура ушла. Видимо, вчера была активная фаза, а теперь на спад. Хоть где-то белый свет. Включаю ночник, потому что он так и уснул, прижимаясь к моему боку, пока я пела ему старые-добрые колыбельные. Всё меняется. И города, и люди, и техника. А вот песенки да потешки у народа не отнять. Именно в них заключена сила взросления. Так росла моя мать, потом я, Тимка, и вот, Яшка вслед за нами.

Как быстротечна жизнь…

- А я нам вот принесла, - ставит на стол Марина шампанское, когда оказываемся вдвоём на кухне, - давайте, что ли, и со мной ваш юбилей отметим. А то не вышло вчера.

И вдруг сердце щемить принимается. Единственная, не считая Тимки, кто не пришла. Только, что самое удивительное, может, ей бы вчера я и не рада была. А теперь вмиг всё переменилось.