- Да прикройся ты, - хватаю полу плаща, накидывая на её голую ногу. – Совсем стыд потеряла. Не путай мой офис и свои клубы.
Мерзко. Хочется, чтобы ушла. Хотя всегда потворствовал, бабки давал, как проявление любви. И вот приехали. Толкаю её со стола, и она отправляется обратно, только чую, сейчас что-то будет.
- Мы с Никитой хотим пожениться, - заявляет спокойно и твёрдо, устроив руки на подлокотниках.
- Поздравляю, - наливаю себе ещё стакан. – Совет да любовь, как говорится.
- Мне нужно около десяти миллионов, - продолжает беседу. Светская львица, не меньше.
- Совет да любовь, - опрокидываю обжигающий виски в глотку, прислоняя кулак ко рту. Ядрёное пойло.
- Ты не понял, пап. Ты мне деньги когда дашь?
- Деньги когда дашь, - будто размышляю, барабаня по столу пальцами. – Когда да-а-ашь, - растягиваю задумчиво слова. – Знаешь, Ника, какая свадьба у нас с твоей матерью была? – смотрю на неё, и она цокает языком, закатывая глаза.
- Но мы же не нищие! – заявляет с апломбом.
- А мы нищие были, да? – усмехаюсь, вспоминая, какая Лёля была красивая в простеньком белом платье. Тогда и впрямь не особенно средствами располагали. Главное заключалось в нас самих. Вот и без размаха делали. Разве важно, сколько стоит костюм или съёмка, если двое хотят создать семью?
Конечно, не в футболке жениться, но и бросать пыль в глаза другим ни к чему.
Единственной драгоценностью было кольцо, на которое я изрядно потратился. Даже пришлось у друзей занимать, но я про это Лёле не говорил. Зачем омрачать невесту заботами жениха. И вот поженились, даже лучше чем многие жили, кто вложил круглую сумму. Те уже разбежались, вон как Толик с Надей, а у нас до сих пор что-то тёплое и доброе в отношениях. Пока Лёля не узнала про Катю, конечно.
Наверное, раньше счастье было каким-то настоящим, а теперь у молодёжи всё измеряется размером кошелька и количеством бриллиантов в кольце.
- Денег нет, - постановляю, впечатывая кулак в столешницу. – И шантажироваться меня теперь не можешь, Ника. Всё, - развожу руки в стороны. - Мать всё знает.
- Я хотела по-хорошему, пап, - качает головой, и у меня неприятно холодеет под ложечкой. Неужели эта мерзавка осмелится мне сейчас сказать про тот случай?
- Если ты не найдёшь мне деньги, - наклоняется так, что опирается о стол локтями, - я расскажу маме ещё кое-что интересное.
Глава 27
Как же хочется позвонить Тимке, только заставляю себя этого не делать. Убеждаю: как будет время – сам наберёт. Прислал сообщение, а всё равно хочется послушать голос.
Ношусь тут со своими бедами, которые, если сравнить их с тем, как живут наши мальчишки в окопах, яйца выеденного не стоять. Тьфу. Плюнуть и растереть.
Всё познаётся в сравнении. И я даже уже как-то свыклась с мыслью, что теперь в моей жизни не будет Штоллера. Сперва было страшно, а потом такое облегчение, будто гора с плеч. И вопрос не только в любовнице. Там список внушительный. Он же знал, за кого Ника замуж собралась. Не было это для него секретом.
Пятьдесят - не только возраст. Это же половина. Вот теперь и мы снова две половины, которые никак не соединить. Не знаю, о чём думает мой муж, но я решила, что наша семейная лодка пошла ко дну.
Надя обещала помочь с детективом. Говорит, у её мужа какой-то друг таким занимался. Главное, чтобы не имел ничего общего со Штоллером. Иначе не добиться мне правды. Отчего-то уже определила его в окончательные негодяи. Наверное, теперь во всём стану подозревать.
После обеда звонит Тимка. То ли почувствовал, то ли так совпало, и я улыбаюсь, показывая Яшке фотографию сына, а он говорит – «па-па».
- Да, Тим, - вслушиваюсь в знакомый тембр, и он принимается поздравлять с прошедшим. Врёт, будто связи в тот день не было. Что сидели с пацанами. А я лишь киваю, зная, как было на самом деле. Мой храбрый смелый сын, которым я всегда буду гордиться.
Яшка играет матрёшками и принимается реветь.
- Ты где? – сразу спрашивает Тимка, а я дую на пальчик, который прищемил внук, и утираю его слёзки.
- К вам заехала, - приходится сказать правду, но не до конца. – По Яше соскучилась.
- Да? – немного удивлённо спрашивает Тимка. – Ну ладно. А Марина дома?
- На работе, - ну а что я ему ещё должна сказать? Она же никогда прежде нас вот так не оставляла, только теперь всё иначе будет.
- Мам, что случилось? – его голос звучит требовательно.
- Неужели не могу с внуком побыть? – даже как-то обидно. Только он прав. Не было такого, чтобы я тут оставалась без хозяйки.
- Можешь, конечно, - сбавляет обороты. – Просто…
- Что, Тим?
- Да ничего, ладно.
Уверена, хотел сказать слово «странно». Только не стал. Сейчас будет у Марины допытываться, что и как. Потому отстраняю трубку от лица, быстро записывая ей сообщение.